10
0А вы скоро выздоровеете?
— И намерены выходить на улицу?
— Разумеется, — сказал Андрей. — Не сидеть же мне все каникулы здесь.
— Я очень за вас рада. — Маргарита обернулась к зеркалу, что стояло в углу, критически осмотрела себя и поправила шляпу.
Андрей ждал чего угодно, только не такого светского визита. Ахмет тоже был растерян.
— Ну что ж, мне пора, — сказала Маргарита, поднимаясь. — Я была очень рада вас увидеть. Надеюсь, что до вашего отъезда мы еще увидимся.
— Мы поедем на водопад, мы уже договорились. Послезавтра, — сказал Ахмет, и в его глазах было что-то собачье. В присутствии Маргариты он терял способность балагурить.
Дверь за гостями закрылась, впустив в прихожую жгучий морозный воздух. Андрей прошел к себе в комнату и лег. Все не так, все неладно…
В прихожей хлопнула дверь. Вернулась тетя Маня.
— Ты курил? — спросила она из гостиной. — Разве ты куришь?
Как будто это было немыслимым преступлением Андрея.
— Нет, — отозвался он. — Ахмет приходил.
Тетя возилась в гостиной, потом Андрей услышал, как она убирает со стола вазу с яблоками. Что-то зашуршало.
— Ахмет был один? — спросила тетя.
— Он оставил тебе записку. — Тетя вошла в комнату, держа в руке клочок бумаги. — Но почему-то положил ее в вазу с яблоками и подписался буквой «М».
— Дай сюда! — Андрей вскочил с кровати как ужаленный и вырвал записку у тети.
На листке бумаги было написано:
— Значит, Ахмет был не один, — сокрушенно произнесла тетя.
— А я не говорил, что он был один, — сказал Андрей.
Значит, Маргарите надо с ним поговорить. Но без свидетелей. Наверное, о Лиде. Конечно же, о Лиде!
— И не мечтай завтра выходить из дома, — сказала Мария Павловна.
— Ты же знаешь, что я совершенно здоров.
— В тебе таится инфекция. Ты хочешь слечь на месяц?
— Эта девушка… Ты с ней давно знаком?
— И она курит? Ты увлечен ею?
— Да нет же! — рассмеялся Андрей.
На следующий день было куда теплее. Маргарита ждала его на улице, не доходя до кафе. Солнце, хоть и клонилось уже к закату, светило по-весеннему, высушило мостовую, а уже разукрашенная елка возле магазина казалась анахронизмом. Маргарита была в синем расклешенном пальто до щиколоток. Издали она выкликнула подготовленную фразу, так что слышала вся улица:
— Андрей, в Ялте уже цветут розы. Куда мы пойдем?
— В кондитерскую вам не с руки?
— Не надейтесь, что меня можно скомпрометировать. Ваш Ахмет влюбился в меня. Он знает о каждом моем шаге.
— Он очень хороший товарищ, — сказал Андрей.
— Еще чего не хватало! — Маргарита громко рассмеялась. — Это вовсе не достоинство!
Они вышли к семинарскому саду. Тени от деревьев были длинными и черными, а там, где они пересекали сохранившиеся на траве ломти снега, тени казались сиреневыми.
— Чудесная картина.
