Река Хронос

У меня сегодня товарищи были, да разъехались.

— Не люблю твою мамашу, — признался старец, направляясь к кухне. — Небось с теткой Лизаветой дружит. Они все на меня матушке клевещут. Матушка мне их клеветы сразу передает. Не получится у них.

Во дворе старец сказал:

— Хочу посмотреть, как ты дворец отремонтировал. Люди хвалят, говорят, как царский.

— Сейчас и посмотрите, — сказал Феликс.

Вдруг его начала молотить дрожь, и он, чтобы скрыть ее, сказал:

— Что-то сегодня мороз сильный.

— К утру еще сильнее будет, — ответил Распутин. — А ко мне днем Протопопов приезжал. Знаешь зачем? Не выходи, говорит, из дому два дня.

Есть сведения, что тебя ночью убивать будут. Или сегодня, или завтра. Ничего себе, даже охранить не могут. За что им батюшка деньги платит?

Распутин говорил не уставая, ворчал, но без злобы, хотя Феликсу, конечно же, было страшно слушать эти слова — словно старец испытывал его, намекал на то, что обо всем ему известно.

— Поедем, поедем. — Князь старался казаться спокойным. Он взял с сундука шубу и стал надевать ее на Распутина. Если бы нож — сейчас бы ударить его — никто не догадается. Или еще лучше — пистолет! Нет, так нельзя, у него в комнатке за кухней прислуга спит.

— Деньги-то, деньги забыл! — Распутин вырвался, открыл сундук. Пачки денег лежали там, завернутые в газеты. Распутин вытаскивал деньги из бумаги и совал в карманы шубы.

— Столько денег? — Князь не удержался, вопрос получился глупым.

— Сегодня получил, — ответил старец. — Добрые люди принесли. Мне добрые люди много денег приносят, а я их на добрые дела пускаю. Я их и не считаю, на что мне деньги считать, что я — Митька Рубинштейн, что ли?

Распутин рассмеялся, но, когда пошли по черному ходу, оборвал смех, чтобы не разбудить прислугу.

Они очутились на площадке лестницы. Дверь закрылась, и наступила полная темнота. Юсупову стало страшно, как никогда в жизни. Он даже присел от страха, опершись о стену, — сейчас Распутин задушит его, обязательно задушит. Он обо всем догадался и только ждет момента, чтобы разделаться с Феликсом.

Князю было страшно жалко себя, такого молодого, талантливого, красивого, у которого вся жизнь впереди. И какое право имеет этот темный старец, мошенник и совратитель женщин, убить его?

Он хотел закричать, но крик не получился, а снизу, с нижней площадки лестницы, послышался грубый голос Распутина:

— Ты чего застрял? Темноты боишься, что ли?

— Иду.

 — Феликс не сразу заставил себя последовать за старцем. Внизу хлопнула дверь. Распутин вышел во двор.

В доме Распутин хотел было идти наверх, к кабинету, но Юсупов за рукав шубы потащил его вниз.

— Там все накрыто, — сказал он.

Только бы друзья не зашумели! Распутин чуткий, как лесной зверь.

— Почему в подполе? — удивился Распутин. — Ты мне не говорил.