1
0За сегодня Ольга уже в пятый раз прокручивала эту запись – сливы и интриги нравились ей до ужаса.
– Здравствуйте, – приветствовала Козырева Ольга.
– Здрасьте, – ответил Паша. Поскольку в этот момент он все еще растирал нос и пытался скрыть слезы, то приветствие получилось довольно гнусавым.
Оля не удержалась и прыснула.
Через открытую дверь в своем кабинете внимательный Ладонин услышал и звон лба о стекло, и несдержанные смешки Ольги, а потому гаркнул:
– Я тебе еще когда велел что-нибудь на дверь приклеить?!
– Так некрасиво же будет! – ответила Оля.
Несмотря на молодость, Оленька была опытной секретаршей и прекрасно знала, когда можно отвечать так. Судя по ее ответу, настроение у Ладонина было благостное. Впрочем, всех этих тонкостей Козырев не знал и уловить не мог.
– Тогда напиши: «Ахтунг минен!» Хотя бы оригинально будет! – прокричал Ладонин. – Эй, кто там пришел? Проходите!
В это время из динамиков компьютера плавно потек он-лайновый компромат. Два мужских голоса переговаривали, а точнее будет – перетирали: «…Я передал Павлу, что его на должности утвердили. Так он теперь у нас за ушком чесать будет… – Пусть сразу же приступает к арестованным грузам…»
– Судя по компромату – оптом, – улыбнулся Ладонин и, вставая, протянул Козыреву руку.
Паша руку пожал и, понизив голос, доверительно сказал:
– Осторожней бы с этим надо.
– Ну, извини! Дизайн у меня такой. Экстримный.
– Да я не об этом – о пленках.
– О чем? – не понял Ладонин и тут же крякнул: – М-да… давайте я вам Интернет проведу, что ли? У меня тут у друга еще метров сто осталось. Так он где-нибудь к Инету подключится и до вашей Кушки дотянет.
– До «кукушки», – автоматически подправил Паша и почему-то тут же решил, что про их сленг Ладонину рассказать могла только Полина.
(На самом деле этот термин Ладонин помнил еще из репортажа господина Невзорова, когда тот был еще отмороженным Глебычем-600-SL. В том репортаже Невзоров показал гараж «наружки» и, по сути дела, расшиб одно из подразделений секретной милицейской конторы.)
– …Тебе видней, – согласился Ладонин. – Так чем обязан? Только давай условимся – начинай с плохого.
Козырев плотно закрыл дверь.
– Что, совсем дело дрянь?
– Смотря для кого. – Паша вольготно уселся в кресло, подтянул к себе могучую пепельницу и без спроса закурил.
– Если все плохо, так и скажи: «Игорюха, крепись!», – Ладонин произнес это почти серьезно.
– Игорь, у меня к тебе личное! – в упор произнес Козырев.
– Личное, так личное! Говори, – растерялся Ладонин. – Да, кстати… Самогон? Табуретовка?
– Воду «Перье» без газа, со льдом и с лимоном, – допуская подобный вопрос, эту эффектную фразу Паша выучил заранее.
