Бригада (1-16)

Белов выпрыгнул за ним, повалил на землю и принялся месить кулаками его физиономию, не чувствуя ударов, словно во сне. Он ничего не слышал. Ни собственного жуткого хрипа, ни мата, а потом и стонов Бакена. И только пронзительный крик Лены у него за спиной помог ему прийти в себя. Она схватила его за плечи и с трудом оторвала от противника. Еще немного, и было бы поздно.

Белов поднялся, тяжело дыша. Перед ним лежал кусок грязи. Вид этой человеческой развалины напомнил ему лягушку, которую он случайно расплющил в детстве камнем. Но тогда ему было стыдно и жалко. Теперь же вид распростертого у его ног подонка вызвал лишь омерзение.

– Запомни, падаль, чтобы больше я тебя здесь не видел. Увижу – зарою в мусоре. Понял?

Бакен сел, ощупал нижнюю челюсть, потом ребра, и с трудом заставил себя кивнуть. Всем видом он выражал покорность и страдание. Видимо, у него было сломано несколько костей.

– Тогда вали отсюда, – устало сказал Белов, повернулся и пошел в бытовку.

Лена, постояв, последовала за ним. Ей было страшно. Она тщательно закрыла дверь на засов, повернулась к Саше с немым укором в глазах.

Но тот без слов упал на койку и моментально заснул. Последний раз так крепко он спал в армии после марш-броска по горам с полной выкладкой.

XIV

По дороге из аэропорта Ольга настояла на том, чтобы сначала заехать в больницу. Ванька остался спать в машине под присмотром шофера. В отличие от обычных городских больниц для бедных, эта сияла огнями. Они отражались в блестящем холодном мраморе просторного пустого холла.

Ольга в сопровождении Шмидта и двух охранников пересекла вестибюль и направилась прямо к лифтам.

– Вы к кому? Почему не вовремя? Сейчас не время посещений!

– Мы к Елизавете Андреевне Суриковой, – поспешно проговорила Ольга. – Я только что прилетела… Издалека, чтобы ее увидеть. В какой она палате?

Женщина несколько стушевалась. Олин эскорт выглядел более чем внушительно. Охранники с каменными лицами мрачно смотрели на администратора, и та решила не связываться с опасной компанией.

– Сурикова? Кажется, она в пятьсот четырнадцатой.

– Найдем! – блондин оттеснил ее плечом и нажал кнопку на стене.

Роскошный лифт с зеркальными стенами доставил посетителей наверх. Дизайн коридора ничуть не уступал тому, что они видели на первом этаже. Вдоль стен стояли покойные кресла, обтянутые темно-коричневой кожей, на стенах висели хорошие копии французских импрессионистов. Прямо не больница, а музей.

Дверь в пятьсот четырнадцатую палату была приоткрыта. Ольга вошла первой и застыла. В комнате никого не было.