Бригада (1-16)

Каверина нет в живых. Белого, вероятно, тоже. Крайним оставался человек Белого – Шмидт. С него и следовало спросить, хотя бы за убийство Каверина.

Ситуация стала ему, Алмазу, яснее ясного.

– Ну, пора и честь знать. Благодарю честную компанию, – Алмаз поднялся и направился в предбанник – одеваться.

Кабан повеселел. Он понял, что начавшие было сгущаться над его головой тучи и в этот раз рассеялись. И с похотливой улыбкой огляделся по сторонам.

– А где девки-то? – спохватился он."

"И тут же сиганул в бассейн, вздымая тучу брызг. Тариэл дал сигнал. В зал с веселым щебетом вбежали наяды и тоже полезли в воду.

VI

Расслабившись на все сто, Кабан направился на встречу с Зориным, назначенную им в своем любимом японском ресторане закрытого теннисного клуба. Кабана туда пропустили весьма неохотно и только после тщательной проверки.

""Что, рылом не вышел""? – спросил Кабан охранников, демострантивно, с презрением сплюнул на зеркальный пол вестибюля и прошел в ресторан.

Здесь его сразу проводили к заказанному Зориным столу. Кабан уселся на низенькое сиденье и недовольно осмотрелся по сторонам.

Зал – сплошной выпендреж. Редкие посетители ковыряли в тарелках длинными палочками и пили из чашек, похожих на наперстки, какую-то дрянь. Самураи, блин, недоделанные! Ни выпить, ни закусить по-человечески не умеют.

Он хотел было приказать, чтобы принесли нормальной водки и икры, когда из боковой двери ресторана показался Зорин. Он поздоровался с криминальным авторитетом так тепло, словно тот был ему дороже отца и матери.

Семенящая узкоглазая официантка – бурятка, что ли? – принесла на деревянном лакированном подносе заказ. Зорин все время поглядывал в угол зала.

Кабан поискал глазами и обнаружил, что в углу за служебным столиком, откуда хорошо просматривался весь зал, пристроился зоринский мальчик на побегушках. Кажется, его звали Андреем.

""Да, не доверяет Виктор Петрович авторитетным людям, даже здесь боится, на клубную охрану не надеется…"" – отметил про себя Кабан. Официантка поставила перед каждым высокие, в виде ладей, блюда с суши. Зорин упорно называл их ""суси"". Он сказал, что именно так это произносят в Японии. Что же, ему виднее, Кабану там бывать не приходилось.

Он все больше по Европам мотается. Водка была подана в маленьких фарфоровых кувшинчиках. К удивлению Кабана кувшинчики были горячими.

– Они что, водку с глинтвейном перепутали? – удивился бандит.

Виктор Петрович ответил ему широкой отеческой улыбкой.

– Это сакэ, рисовая водка. Подается подогретой, – пояснил он. – Ну что, выпьем с устатку?

Водка была теплой и вонючей. К тому же та капля, которая поместилась в крошечную фарфоровую чашечку-рюмочку, сразу растеклась во рту, вызвав отвращение.