23
0Валентина Степановна взглянула на его протертые чуть ли не до дыр джинсы и сокрушенно вздохнула вслед:
– Сынок, штаны-то у тебя совсем хипповые стали…
У железных гаражей в углу двора Пчелу поджидал раздраженный отец.
– Витька, где тебя черти носят? – нахмурился он. – Я тебя второй час уже жду!
– Бать, да ты что? – опешил Пчела. – Я ж экзамен сегодня сдавал!
Отец как-то неопределенно хмыкнул, и по его мимолетному смущению Пчела догадался, что про экзамен сына тот забыл напрочь.
– А я тормозной цилиндр справа сзади поменял, а прокачать не с кем… – словно извиняясь, развел руками Павел Викторович.
– Ну, давай прокачаем, делов-то… Они зашли в гараж, где стоял предмет гордости Пчелкина-старшего – старый-престарый бордовый «Моск-вич-408». Павел Викторович купил его лет пять назад, абсолютно обездвиженный, за какую-то совершенно смешную сумму. За год этот полумертвый конь превратился в довольно резвую рабочую лошадку. Отец Пчелы работал механиком в автоколонне, технику знал от и до, а дефицитные запчасти потихонечку натаскал с работы. Машине он отдавал все свое свободное время, и в заботливых руках Павла Викторовича дряхлый «москвичонок», казалось, год от года становился все моложе и моложе.
Отец с сыном быстро прокачали тормоза, потом Пчела собрал колесо и снял машину с домкрата. Убрав инструменты, Пчелкины сели перекурить.
– Ну, ты надумал? – спросил отец.
Пчела, конечно, знал, о чем он. Павел Викторович очень хотел, чтобы сын до армии поработал вместе с ним, в его автоколонне. Он давно уже договорился об этом с тамошними кадровиками, Пчелкина-младшего уже ждали. Проблема была только в том, что на это трудоустройство до сих пор не было получено согласия самого Витьки.
– Бать, ты меня уже замахал, честное слово! – возмущенно встряхнул длинными волосами Пчела. – Ну, дай мне хоть экзамены спокойно сдать да выпускной отгулять! Никуда твоя работа не денется!
Отец примирительно кивнул, какое-то время они помолчали, думая каждый о своем. Потом снова заговорил Павел Викторович.
– В марте сорок пятого брали мы какой-то немецкий городишко. – принялся он негромко и задумчиво рассказывать."
"– Наступаем по центральной улице, фашист огрызается, но не сильно. Вдруг один взрыв, второй! Глядим – из-за развалин церквушки ихней танк прямой наводкой бьет. Ну, остановились мы, залегли. На рожон тогда особо уже не лезли, связались с артиллеристами, передали про танк, ждем, когда его накроют. А к нам в роту только-только пополнение пришло – совсем зеленые мальчишки, года на два моложе меня.
