Бригада (1-16)

– Это все – тлен и суета, – говорил он уже в который раз, опрокидывая в себя очередную рюмку то «Хеннеси», то «Курвуазье». – Главное, что мы – вместе!

– Кос, смени пластинку! – посоветовал ему Пчела.

И Кос сменил. Увлекшись и окончательно почувствовав себя разочарованным миллионером, Космос свернул пятидолларовую бумажку в трубочку, и, запалив ее зажигалкой, принялся раскуривать толстую гаванскую сигару.

Пчела неожиданно грубо вырвал у него из рук купюру и задул огонь:

– Ты что, очумел? Это ж деньги!

– Да какие это деньги?!

– Деньги, деньги! – Пчела аккуратно разгладил бумажку и осторожно положил ее в общую кучу на весы.

– Вот видишь, Космос Юрьевич, ровно семь кило. Белый, записал?

– Записал, записал, – кивнул, усмехнувшись, Саша. – Фил, а заказал бы ты сейф побольше.

– Да, Белый, ты гений! Из любого положения, выход найдешь! – чуть заплетающимся языком старательно выговорил Фил. – Завтра же закажу. Сразу два.

– Блин! – заорал Пчела, вскакивая.

Стодолларовый самолетик, втихую сложенный и пущенный Косом, угодил ему прямо в глаз.

– Ну, Космос, погоди!

Он бросился на Космоса, повалил его на стол.

Два богатых человека подняли в момент такую возню, что все деньги, столь тщательно взвешиваемые, разлетелись по кабинету, как маленькие птицы. Серо-зеленые такие птенчики с лицами президентов на неокрепших крыльях.

35

Последнее время Фил зачастил в Амстердам. Всякие эротически-экзотические места, куда его упорно таскал старожил Пчела, ему быстро наскучили. Но зато он открыл для себя совсем другую сторону европейской жизни, которая его друга совершенно не интересовала. Хотя вся Европа, казалось, свихнулась на здоровом образе жизни.

Всяких фитнес-клубов, спортивных центров и тренажерных залов здесь было во множестве.

Филу больше остальных полюбился спортивный клуб «Атлетико», принадлежавший бывшему боксеру Людвигу Муру. Людвиг был по происхождению суринамцем, но родившимся уже в Голландии. В спорте Людвиг больших успехов не достиг, зато очень хорошо вписался в бурно развивающийся околоспортивный бизнес.

И однажды Филу пришла в голову гениальная мысль. Если соединить опыт Людвига, и его, Филовы, деньги, то вполне можно было бы открыть нечто подобное и в Москве.

Фил буквально заболел этой идеей и ни о чем другом даже не мог говорить. Даже кино отошло на второй план.

– Ну что ты маешься? – сказал ему однажды Пчела. Он возлежал в кресле и курил сразу две сигареты, лениво стряхивая пепел в кадку с юккой. – Бери за задницу своего негра…

– Он не негр, а суринамец, – обиделся за Людвига Фил.

– Один хрен. Слушай сюда, Теофило. Я в денежных делах получше твоего понимаю. Чтобы совместить приятное с полезным, тебе надо создать с ним совместное предприятие.