Бригада (1-16)

Главное – ввязаться в драку, но с умом» Первым делом чужими руками ослабить врага. А потом безжалостно добить и врага, и ослабевшие в борьбе «чужие руки». Вот тогда можно снова возвращаться к дипломатии. Но уже с позиций силы. Абсолютной силы.

Но силы Саши, если честно сказать, были уже на исходе. Непривычное занятие и вынужденная неподвижность вымотали его почище, чем несколько часов упражнений в тренажерном зале. Да и жрать хотелось неимоверно! Интересно, что по этому поводу сказал бы фон Клаузевиц? Что-нибудь вроде: «Чем меньше жратвы мы требуем от жизни, тем меньше подарков от судьбы мы вправе ожидать».

– Вам отложить? – серьезная библиотекарша, не поднимая глаз, приняла у него книгу.

– Обязательно, – и Саша с выражением процитировал, вздымая вверх указательный палец. – «Наряду со случаем в войне большую роль играет неведомое, риск, а вместе с ним и счастье».

– Что-что сказали? – она подняла глаза.

Оказалось, что библиотекарша совсем молоденькая, наверное, только после школы.

– Это не я, это Клаузевиц.

– Ой, вы, наверное, диссертацию пишете? – она с уважением разглядывала такого совсем нестарого и нестрашного ученого.

– Ее самую, – не стал спорить Саша.

Ему было ужасно приятно, что хоть в чьих-то глазах он может выступать в подобном качестве. Доктор, блин, наук.

8

Первое, что увидел Пчела, выходя в шумный зал амстердамского аэропорта Схипхол, была табличка с надписью по-русски «Пчела» и довольно неумело нарисованным полосатым насекомым с жалкими крыльями. Табличку держал подтянутый парень с волосами до плеч. Пчела, недолго думая, направился прямо к нему.

– Привет, – сказал он и представился. – Я Витя. Тот самый Пчелкин, – кивнул он на плакатик.

– Привет, тезка. Я тоже Виктор. Зимчук, – уточнил он. – Валера сказал мне, что ты любишь всякие приколы. Прикольно же? – он с удовольствием взглянул на свое произведение.

– Прикольно, Витя. Ну, поедем, что ли?

– Поедем. По дороге и введу тебя в курс дела.

Вырулив по каким-то невероятным автомобильным развязкам, вскоре они выскочили на широкое многорядное шоссе. Плоскость ландшафта по обе стороны дороги нарушали только аккуратные домики под черепичными крышами, небольшие стада коров, бродящие по искусственным островкам зелени, кое-где попадались даже настоящие ветряные мельницы.

– Это их Черемушки, что ли? – поинтересовался Пчела.

– Нет, скорее Юго-Запад. Мы ведь именно с этой стороны к городу и подъезжаем.

– Слушай, а это что за хрень серая с зеркальными окнами? На наш Центр международной торговли смахивает.

– А это, Витя, центральная женская тюрьма Нидерландского королевства.