23
0– Клянусь всем, что у меня осталось…
Саша опустил руки на прохладный гранит парапета. Он смотрел на величественную панораму древней столицы, но видел только бесконечно дорогие лица друзей. В его влажно поблескивающих глазах застыла вечная печаль и боль.
– Клянусь, что никогда не пожалею о том, что был вашим другом… – прошептал он. – И никогда не забуду вас, братья!..
Помедлив, он снял с запястья часы и резким ударом разбил их о парапет. А потом широко размахнулся и что было сил зашвырнул их далеко на склон.
LII
– Мама, где папа? – в который уже раз повторил Ваня.
Оля, напряженно оглядывавшая зал ожидания, не ответила. Этот же вопрос она без конца задавала себе сама. Вдруг у нее зазвонил мобильник.
– Оля… – раздался в трубке голос мужа.
– Саша, где ты ходишь? – раздраженно, но и с облегчением воскликнула она. – Время П..
– Я далеко, – ответил Белов. Он стоял на галерее, нависшей над залом ожидания, и прекрасно видел жену и сына. Их разделяла только стеклянная перегородка и расстояние в каких-нибудь тридцать-сорок метров. – Слушай меня внимательно, Оленька. Бери Ваньку и улетайте…
– Мама, это кто? – дернул мать за рукав Ваня.
– А что случилось? – напряглась Оля.
– Очень тебя прошу – сделай так, как я говорю, – Саша говорил тихо, но изо всех сил своей измученной души старался быть убедительным. – Со мной вам нельзя, это очень опасно. И выкинь мобильный – по нему вас вычислят. Меня все равно будут искать, улетайте.
– А ты?
– Оля, родная моя, послушай меня! Я тебя очень люблю… – Белов запнулся и перешел на торопливый, сбивчивый шепот. – Я тебя безумно люблю! Безумно!.. Верь мне, родная! Я приеду. Через месяц, через два, но я обязательно прилечу!.
– Мы без тебя никуда не поедем! – выкрикнула Ольга. – Ты слышишь?
– Оленька, вы – самое дорогое, что у меня осталось. Пожалуйста, улетайте… Я очень тебя прошу!
– Я никуда не поеду! – решительно повторила Ольга, но трубка уже гудела сигналами отбоя.
К растерянной, ничего не понимающей Ольге подошел мужчина в летной форме.
– Будьте добры, ваши билеты, пожалуйста…
Ольга автоматически подала ему билеты.
Мужчина мельком на них взглянул и укоризненно покачал головой:
– Что же вы, девушка? Рейс уже отправляется, только вас ждут! Пойдемте…
Деликатно взяв рассеянную пассажирку под локоток, он проводил ее к выходу на посадку.
Ничего не видя вокруг, она шла на чужих, негнущихся ногах к самолету и плакала.
– Мама, не плачь, тебе нельзя волноваться! – взволнованно просил, заглядывая ей в лицо, сын.
– Я не плачу… – бормотала она.
