14
0
– Ну, ничего, до свадьбы заживет. – Введенский был доволен. «Объект» и в самом деле всего лишь попал под «гребенку». – Ладно – молодец, Коноваленко. Иди домой, отсыпайся.
– Есть, – козырнул Коноваленко.
Самому Введенскому отдыхать пока не светило. Надо было еще вызволять своих. Пока они еще свои.
Перед тем, как засесть за телефон, Игорь Леонидович заботливо прикрепил к российскому трехцветному флажку, что стоял у него на столе, черную полоску бумаги. «Траур по недолгой российской демократии, – усмехнулся он про себя. – Аминь».
* * * * *Гостеприимные двери Бутырской тюрьмы были распахнуты настежь. Сегодня, в отличие от вчерашнего, выпускали. Уже без формальностей. И без эксцессов. Даже мобильники отдали. И чего, спрашивается, огород городили?
– Ну, Саня, это тебе не гауптвахта, понимаешь, – веселый Фархад размахивал голубыми, под цвет октябрьского неба, четками. Саша улыбался отстраненно – ему надо было дозвониться прямо сейчас, немедленно, еще вчера. Но у Кати было занято. Блин, да с кем же она треплется-то?
– Братва, я не понял, в чем дело? Метут без предъявы. Что за дела? Гонят ни свет, ни заря. Ну извиниться-то хотя бы можно? – несколько запоздало качал права Фил. Но ему никто не отвечал. Космос подставил лицо солнцу, а ногами выстукивал чечетку. Пчела по мобиле успокаивал родителей – у отца сердце не фонтан, поди, не спал всю ночь, телек смотрел, переживал за страну и за сына.
– Ну так, подумали, а чего мы будем хороших пацанов зря держать? Пусть едут… – наконец отозвался Саша и тут же закричал на всю улицу: – Але, Кать?
* * * * *– Ты куда пропал – мы с ног сбились!.. – разъяренная Катерина вопила в трубку так, что слышала, наверное, вся Бутырка. – Что значит «не ори»? Немедленно звони матери, она там с ума сходит!..
– Кать, а… – Он не успел спросить, как голос тетки стал сладким-сладким:
– Да, родился, мальчик, конечно. Такой хорошенький, на три двести… Нормально, все у твоей Оли нормально, молока хоть залейся… Ну, в общем, я тебя поздравляю, папаша… – повесив трубку, Катя налила себе из мензурки пятьдесят граммов спирта и выпила. Слава богу, нашелся блудный племянник. И, сильно выдохнув – спирт все-таки, не крюшон, – она радостно помчалась к Оле:
– Олечка, кормить пора!
* * * * *С полминуты Саша молча смотрел перед собой. Взгляд его был совершенно отсутствующим.
И, наконец, до него окончательно дошло, что же произошло! Какое чудо свершилось в мире. Чудо, такое нужное и важное именно сейчас.
– Мужики, у меня сын родился! – все еще не до конца веря собственным словам, проговорил он.
