14
0В глубине души она молилась, чтобы с племянником ничего не случилось. Стреляют-то в самом центре! Что за страна!
Пока оборону удавалось держать: вроде бы и Оля, и сестра верили ее путаным объяснениям. У Тани слабое сердце, у Ольки молоко может пропасть, так что держать оборону надо до последнего. А ведь Сашка-дурень, еще и не знает, что у него – сын! Господи, пронеси!
– Ну, как же так, Кать? – Оля чуть не плакала из-за мифической записки. – Слушай, дай-ка я позвоню! – Она потянулась к мобильнику, предательски высунувшемуся из Катиного халата.
– Что звонить-то? – Катя отпрыгнула от Оли, как укушенная. – Да у меня и аккумулятор сел. – Она тыкала пальцем в кнопки, стараясь вырубить телефон. – Свет, у тебя нет зарядного устройства?
Вместо зарядного устройства сообразительная Света принесла запеленутого как бревнышко Ваньку, и Катя, облегченно вздохнув, радостно запричитала:
– Большой, большой какой! Посмотрите, кто к нам пришел! Какой красивый мальчик! Ты посмотри, посмотри, как он на Сашку похож! Копия!
– Ты разбудишь его. – Слава богу, Оля полностью переключилась на ребенка.
– Да он не слышит сейчас ничего. Кормить пора, – уже без сюсюканий, тоном врача распорядилась Катя. Ну, Сашка, отольются тебе теткины слезы! Только появись! Появись, пожалуйста!
– Мне кажется, у меня молока нет. – Оля подтянула Ваньку к груди.
– Все у тебя есть. Корми!
Ванька, мгновение помедлив, принялся завтракать. Впервые в жизни.
XXIX
Местным вертухаям надо было отдать должное. Обшмонали не только все карманы, но и каждый шов на одежде. Но, в общем, вежливо, если здесь вообще в ходу такие понятия.
– Одеваемся, на выход!
Хорош выход. Лучше бы с вещами – на волю. Как в кино. Но о кино напоминали только знакомые по фильмам о революционерах «интерьеры» знаменитого Бутырского замка. Мерзкой масляной краской измазанные стены. Лязгающие под ногами металлические лестницы. Ряды дверей камер с глазками и «кормушками». Стойкий кислый запах.
– Лицом к стене! Проходим по одному. Руки за спину!
Камера была, видимо, не самой большой – человек на пятьдесят. В напряженных лицах встречавших их арестантов сквозило между тем и любопытство. Кто такие? С чем пожаловали?
На всякий случай, войдя, они как бы выстроились клином – с Сашей Белым во главе.
– Здравствуйте, – поприветствовал будущих сокамерников Фил.
– Здорово… здравствуйте… – ответила камера нестройным гулом голосов.
Сделав несколько шагов, они остановились.
– Смотрящий кто? – Белый сразу выделил из всех коротко стриженного парня умеренно-блатного вида, судя по всему – старшего по камере.
– Тут смотрящих нет, – ответил тот вполне дружелюбно. И добавил философически: – Мы все здесь гости.
– Мы пройдем? – «по правилам» продолжил разговор Белый."
"– Без проблем, – кивнул стриженый.
