Бригада (1-16)

Виктор Петрович был в чудесном настроений, напевал песни своей молодости, помешивая ложечкой чай с лимоном, когда к нему в кабинет буквально вполз Матвей Рыков. Он шел так, будто ему вставили клизму и забыли ее вытащить. Природная смуглость директора по социальным вопросами, быту Красносибирского комбината словно смылась в ванной — Матвей был бледнее сметаны, усы топорщились в разные стороны, а на макушке торчал забавный хохолок, который говорил о том, что младший Рыков давно не гляделся в зеркало и о своей внешности не заботился.

Когда он приблизился к столу, Зорин четко уловил устойчивый запах перегара и заметил, что руки Матвея Алексеевича, в которых он сжимал пухлую папочку, сильно трясутся то ли от волнения, то ли от выпитого вчера зелья. Зорин поморщился от неприятного запаха и предложил младшему Рыкову опохмелиться. Тот отказываться от такого предложения не стал, махнул принесенную секретаршей Зорина рюмку коньяка, закусил лимоном.

— Что, опять вчера переусердствовал в сауне с девочками? — поинтересовался Зорин, который уже заметил, что последнее время у Рыкова-младшего обострилась тяга к алкоголю и изменам жене.

— Да… ну… это… м-м… — нечленораздельно промычал Матвей.

Зорин уже давно утвердился во мнении, что не на ту лошадку поставил — Рыков- младший был, образно говоря, не скаковой лошадью, а клячей, дело которой плестись на скачках в хвосте или того хуже — возить навоз в колхозе из деревни в деревню. Но дело было уже сделано, махина запущена и останавливать ее сейчас, меняя детали, значило погубить с таким трудом скроенное дело.

Приходилось мириться и с алкоголизмом Рыкова-младшего, и с его тягой к девочкам, и с тем, что он мог спьяну перепутать день с ночью, заявиться в подведомственный ему Дворец культуры или спорткомплекс и требовать у вахтера при-гласить к нему в кабинет балетмейстера или тренера по гимнастике, с которыми у него был роман. Зорину обо всех этих про-ступках докладывали из Красносибирска свои люди, но остановить разгул Рыкова- младшего Зорин никак не мог.

«Коней на переправе не меняют», — подумал Зорин. Что-то он сегодня зациклился на этих лошадях.

Матвей тем временем раскладывал перед Виктором Петровичем план проведения празднования юбилей и схему расположения аппаратуры и зрителей на стадионе.