0
0— Да я как бы никуда и не тороплюсь, — усмехнулся Артем, не понимая, что его дебильные шуточки сейчас не уместны.
В участке Ланскому пришлось изрядно покраснеть. Дело Артёма забрал себе старый приятель — Олег Самойлов, с которым Николай был знаком еще со времен университета, но от этого было не легче.
Ему показали записи с камер, на которых было прекрасно видно, как машина Ланского-младшего, бездарно петляя и выскакивая на встречу, несётся по дороге. Потом разворачивается, едва не снеся вереницу мусорных баков, катит обратно.
Меньше чем за пятнадцать секунд этот дурак дважды чуть не попал в аварию.
Потом влетел на парковку у торгового центра и принялся нарезать круги. Дрифтер хренов!
Когда автомобиль остановился, из салона вывалились две кучерявые шаболды, Артем и еще какой-то парень. Звука не слышно, но и без него было ясно, что они ржут как дебилы и что-то орут, размахивая полупустыми бутылками.
Затем на парковку въехала патрульная машина. Девки побежали, неуклюже вскидывая копыта, незнакомый парень тоже отвалился, зато Артем надул грудь, как петух, и вальяжной походочкой двинулся навстречу.
Николай видел, как сын сначала спорил, откровенно нарываясь, а потом оказался мордой на капоте.
— Вот такое представление, — сказал Самойлов, — езда в нетрезвом виде и без документов, нарушение правил, создание аварийных ситуаций, конфликт со стражами порядка. Это не только лишение прав.
Ланской шумно выдохнул и потер физиономию. Как его все это задолбало. Вот просто по самую маковку.
Не просто позор. Позорище!
— Что делать-то будем? — угрюмый взгляд, в котором так и читалось: ну давай, отмазывай своего никчемного молокососа. Доставай кошелек, тряси бабками. Ты же всегда так делаешь.
Николай вдруг подумал, а что бы Вера сделала в такой ситуации? Наверняка бы тоже отстаивала интересы непутевого сына, но и безнаказанным бы его не оставила. Она бы точно хотела, чтобы тот вынес хоть какой-то урок из этой ситуации.
Почему он вообще думал о бывшей жене? Зачем?
— Ну так, что, Николай?
— Сам понимаешь, дело заводить нельзя. Это в первую очередь по мне ударит.
Самойлов хмыкнул, как бы говоря, «ну кто бы сомневался». Ланского это зацепило, затронуло какие-то струны глубоко в душе, поэтому он добавил:
— Не обрадуется такому раскладу.
— Мне плевать, — жестко сказал Ланской. — Пусть пешком ходит, пока дурь из башки не уйдет.
Ему пришлось сидеть в машине на парковке минут пятнадцать, прежде чем из участка вышел Артем.
