Последний дубль

— Ничего, — шепчу ей на ухо. — Теперь ты в безопасности.

Кто-то наверху усмехается. Или внизу?

Я с трудом подавляю ярость.

Гребаный маньяк посягнул на мое. Ничего. Действительно — ничего. Его черед еще придет.

Сейчас есть дело поважнее.

Я притрагиваюсь к ней. Осторожно. Веду кончиками пальцев вдоль шеи, по ключицам, движусь ниже, по груди, по ребрам. Я ловлю каждый удар, каждую пульсацию под чуть взмокшей кожей.

Прохладная, гладкая, нежная. Снаружи. Горячая, бурлящая, кипящая. Внутри.

Хотя нет, вполне обычная. Если судить объективно, по внешним данным. Если сухо проанализировать.

Тогда почему меня так замыкает на ней?

Я погрязаю в этом, будто в зыбучих песках. И я наслаждаюсь. Не имитирую, не притворяюсь.

Я надеюсь, в комнате достаточно темно, чтобы я мог сбросить маску.

Я целую ее. Всю. Без остатка. От макушки до пяток. Наматываю ее длинные светлые волосы на кулак, вдыхаю аромат. Свежий, манящий, опьяняющий.

Мои губы скользят по ней. По плечам, по запястьям.

Мое единственное желание — это впитать ее. Целиком и полностью. Не оставить никакого шанса на спасение. Чтоб не выбралась. Чтоб помнила про эту ночь только меня.

Не того одержимого психопата. Меня. Всегда.

Я прижимаюсь щекой к ее животу. Медленно, неспешно покрываю поцелуями темные тонкие полосы запекшейся крови.

Всего несколько порезов, совсем незначительных, почти незаметных.

Зря он полез к тому, что принадлежит мне.

Главное, что мы здесь. Я и она. Моя маленькая, хрупкая девочка. Моя, моя. Как приятно повторить, закрепить в памяти.

Я хочу растянуть момент.

Я до сих пор не верю, что это реально.

Я настоящий. Иногда мне кажется, она все видит, все понимает. А иногда… не стоит пускаться в дебри.

Я ловлю мгновения. И гулкий шепот ее пульса. Губами.

Я раздвигаю ее ноги, игнорирую слабый протест и целую везде. Для меня нет никаких табу и запретных территорий. Порой это плюс.

А про минусы ей знать необязательно.

Я понимаю, что не буду у нее первым. Я уже давно за ней наблюдаю, держу под присмотром. На всякий случай.

Но я точно стану последним.

У меня к ней особое пристрастие. Любовь. Зависимость. Эмоциональная привязанность. Затрудняюсь дать определение. Однако когда она рядом, хотя бы просто поблизости, я чувствую, что живу не напрасно.

Не просто так разыгрывается моя партия.

А может, это проклятье? Красный свет. Знак остановиться и покаяться. Час расплаты.

Абсолютно лишено логики.

Ее стоны. Отрывистые, надсадные. Ее стоны сводят с ума. Отбиваются внутри, отнимают контроль.

Тихая, незаметная. Но пробирается вглубь, проходит сквозь стены. Не рушит, не атакует. Не пытается взломать. Просачивается.

Она не оставляет выбора.

Проникающая. Сквозная. Будто рана.

Я и так слишком долго держался. Я же не святой.

Я больше не способен мыслить.