3
0Не знаю, сколько все это длилось, время перестало иметь значение. То ли минута прошла, то ли несколько часов. Я рискнула убрать руки только тогда, когда темные потоки исчезли полностью.
Моргнула — мир вернул свои обычные краски.
Пискун издал победный клич, а я вдруг пошатнулась. Делла подхватила меня под руку и спросила тревожно:
Я прислушалась к организму — тело окутала легкая слабость. Лусим погрузился в глубокий сон, дыхание было спокойным и ровным.
— Пресветлая Матерь… — зашептала Лайна, и губы ее дрожали. — … чудо. Просто чудо! Волшебство…
Она упала на колени перед ложем отца и расплакалась.
— Эл, ну я же говорил! — Тиин запрыгал, как воробушек. — У тебя получается, надо только поверить в свои силы!
Мои чувства были… смешанными. Это одновременно была я, Елена Аркадьевна из третьего роддома, и не я — магичка Эллен из столичной Академии.
Или я просто боялась поверить в свою обновленную личность, в новые способности и возможности. Дверь так близко, стоит лишь потянуть за ручку, осмелиться и открыться новому.
— Нужно осмотреть остальных, — и решительно направилась к вчерашнему жениху.
Парень лежал на кровати такой же обессиленный, как его отец до этого.
На этот раз я действовала увереннее: нельзя медлить и позволять страху и брать верх. Первый раз, делая разрез скальпелем на живом человеке, я жутко боялась, руки тряслись, по спине градом катился пот. Но с каждым разом получалось все лучше и лучше.
Магия — почти такой же инструмент, только требует более тонкой настройки.
В следующие несколько часов я успела опробовать силы еще на четверых, а потом резко накатила слабость. Под охи и ахи Деллы, следовавшей за мной неотступной тенью, сползла на пол и сказала:
— Хочу есть. Я голодна, как волк.
Уже знала, что магическую энергию восстанавливают еда и сон — это особое топливо. И если боевые маги больше всего нуждаются в жирной, масляной и мясной пище, то целители — во фруктах и овощах.
Но я была не согласна с такой несправедливостью! Поэтому, когда мне наперебой начали предлагать утку, жареных карасей и яйца, не отказывалась. Ела так, что за ушами трещало, да еще и закусывала свежим луком и хрустящим хлебом. Оставалось удивляться, как только желудок столько вместил и не лопнул.
А потом я бессовестным образом вырубилась прямо за столом. Это была яма без дна, где я парила, а вокруг мелькали отрывки из моих собственных воспоминаний о прошлом и воспоминаний Эллен.
Картины из Академии заставляли сердце тревожно трепетать и искать разгадку, которая по-прежнему была скрыта за семью замками.
Пробуждение было таким же резким. В ткани сновидения появилась брешь, хлынули потоки света, и меня выбросило в реальность.
Сев на кровати, я огляделась.
