7
0— Ты смотри, — пробормотала под нос банница. — А ты ведь действительно в это веришь!
Я похлопала рядом с собой по крыльцу, приглашая ее сесть. Заколдовать меня банница пока не пыталась и вела себя относительно дружелюбно, поэтому бросаться на нее с мечом наголо я не собиралась. Может быть, в спокойном, мирном разговоре мы лучше поймем друг друга и придем к консенсусу.
— Ты с парнями путешествуешь? — кивнула на запертую избу банница.
— Берегись! — наставительно заявила он. — Им всем нужно только одно!
— И что же? — полюбопытствовала я, пряча улыбку в уголках рта.
— Не знаю, — скорбно вздохнула девочка. — Мне пока не рассказывали.
— А кто тебе обо всем говорит?
Банница покосилась на меня, немного отодвинулась и, нахохлившись, сообщила:
— А тебя как? — сверкнула глазами девочка, отодвигаясь от меня еще дальше.
— Све-та, — по слогам произнесла собеседница, словно пробуя мое имя на вкус.
— Есть хочешь? — вспомнила я добрую старую традицию, которую воспитала во мне мама.
Девочка явно заинтересовалась:
— Каша, молоко, мед. Выпечкой в деревне угостили.
— Пирожками с повидлом? — загорелся ребенок.
— Есть немного, если мои братья их не съели.
— Давай! — отчаянно махнула рукой девочка. — И молока побольше возьми, если только оно не то, что ваша спутница надоила.
Я вновь подавила улыбку и пошла в дом. Там по-прежнему было сонное царство. Обогретый и отпоенный отварами Микола сладко спал, отвернувшись к стене. Лада скорбно сопела на лавке в уголочке, бормоча во сне, что этот фасон свадебного платья ей не подходит и ее будущий пятый муж просто монстр, но по сравнению со мной очень даже ничего. Однако! Вот уж не знала, что я хоть каким-то боком фигурирую в сновидениях Лады, пусть и кошмарах. Пойду-ка лучше отсюда. Быстренько собрав продукты для внепланового пикничка, я вышла на крыльцо.
— А я уж думала, ты не вернешься! — сказала банница.
— Почему? — изумилась я.
— Да так, — пожала плечами девочка. — Не обращай внимания. Пирожки есть?
Мы скоренько разложили еду и принялись за перекус. Обычно я по вечерам не ем, но тут что-то зверски захотелось.
— Ну что, за нас? — Я подняла кружку молока в импровизированном салюте.
— За нас! — улыбнулась банница, и мы чокнулись глиняными кружками.
— А за что ты Ладу в козий хлев послала? — спросила я.
— Что? — невинно хлопнула ресницами банница, но я заметила, как она стушевалась.
— Да ладно, не притворяйся. Я знаю, кто ты.
Девочка еще больше смутилась, вся как-то подобралась и, сложившись в компактный комочек, тихо уточнила:
— Нет, мне просто интересно, за что ты с ней так.
— Не хочу оправдываться, но твоя спутница ужасно хамит незнакомцам. Она обозвала меня малолетней дурой ни за что ни про что, и я решила сделать из нее взрослую дуру.
