Подонок. Наследие

Моя жена притихает, но я чувствую, как ее распирает от недовольства.

Ничего, потерпит. Я же терплю, иначе бы уже давно свернул ей шею, или же снял ремень.

Как только шум в доме затихает, отпускаю ее и жду. Жду, когда она повернется ко мне или же хоть что-нибудь скажет. Но ни того ни другого не происходит. Мне приходится самому ее обойти встать напротив.

Стою и просто молчу, глядя на нее.

Принцесса поднимает голову, и я вижу, как она кусает свои губы, а ее глаза бегают по моему лицу. Она боится и не знает, что делать. Помогать я ей не намерен. Я хочу, чтобы она сама все рассказала. И наконец-то осознала, что могло с ней случиться, не будь ее брата рядом.

— Злишься? — тихо спрашивает меня.

— Не то слово. Я просто в бешенстве.

Обнимает себя руками, потупляя взгляд.

— И ты правда собираешься меня пороть?

— Сразу же, как только ты мне расскажешь.

Конечно, я этого делать не собираюсь. У меня просто не поднимается рука, чтобы сделать ей больно. Скорее, я ее себе просто отрежу, но никогда не ударю женщину. Тем более эту.

Но моей жене об этом знать необязательно. По крайней мере, пока.

— И не остановишься, даже если я буду кричать?

— Я хотя бы раз останавливался, когда ты кричала? — усмехаюсь, намекая ей на совершенно другие обстоятельства.

На те, когда она была совсем не против.

Принцесса мило краснеет и улыбается. Но затем снова становиться серьезной.

— Но мне ведь будет больно.

— Мне и сейчас больно. — отвечаю ей. — Ты хотя бы представляешь, какой ужас я пережил, когда узнал, что с тобой было? Да я бы, блин, рехнулся, если ты оказалась в их руках. — хватаю ее за плечи и заставляя посмотреть на меня. — Ты на секунду хотя бы представь, чтобы они с тобой сделали, если бы Сокол не успел вовремя. За каким чертом ты вообще от него сбежала?

— Не зли меня больше, чем я уже разозлен. Говори.

— Я хотела кое-что узнать…

Я на грани. Еще немного и точно сниму ремень. Что такого важного ей надо было узнать, что она подвергла свою жизнь опасности?

Освобождается из моего захвата и бежит куда-то вон из кухни. Сжимаю кулаки, мысленно ругаясь матом. Почему мысленно? Да потому что если она меня услышит, то ее уши в трубочку свернутся. И навряд ли я тогда хоть что-то от нее добьюсь.

Через пару минут она возвращается и протягивает мне какой-то снимок.

Смотрю на него и ни черта не понимаю…

Нет, я знаю, что это, но не понимаю, что она хочет этим сказать.

На кой черт мне этот снимок УЗИ?

— Я беременна! — тихо сообщает мне, кусая нижнюю губу.

Переспрашиваю ее, не желая слышать ответ.

Нет, этого не может быть.

— Я жду ребенка… — но она все же отвечает. — Твоего ребенка.

Сжимаю снимок в руке.

— Это не может быть.

Оля смотрит на меня, потом на мою руку, и ничего не понимает.

Я, между прочим, тоже.