3
0– Так ить, – один из матросов оказался рядом. – Откудова ей быть? Она тамочки, дальше, куда ходить неможно.
И махнул рукой в направлении гор.
– А вы здесь бывали? – Светозарный поглядел на братьев, которые выбирались на палубу. Были они бледны, печальны и впечатление производили не самое лучшее.
Брат Крон сед, что лунь. И плечи его, некогда широкие, согнулись под тяжестью жизненных невзгод. Брат Улаф к седине обзавелся внушительным животом, видать, сказалась близость к кухне. Брат Эндрик сделался брюзглив и вечно жаловался, что на холод, что на ноющие кости.
– Так частенько.
Матрос оказался весьма словоохотлив.
– И всякое иное, конечне. Травы от. Но туточки знать надобно, чего за оно. Я-то не ведаю.
– А тьма? – поинтересовался Артан, испытывая некоторое непонятное разочарование. И вроде бы радоваться надо, что люди живут в мире и благоденствии, но не получалось.
Если и здесь тьмы нет, то…
– Там она, – матрос махнул в горы. – Вы, господин лыцарь, слухайте местных.
– Мертвяки. Ну, которые энтому, Хозяину, служать, – матрос поскреб заросший щетиной подбородок. – Сам-то я не бачивши, оне-то в город редко ходют, все больше стерегут.
– Дык, тьму энту, чтобы никто не сунулся по дурости. Хотя, балакают, что все одно суются. От люди дурные… мол, сокровища там. Вот и лезуть. Ищуть. А надо оно?
Матрос пожал плечами и, утративши интерес к разговору, отвернулся.
Артан же посмотрел на горы.
Выходит, тьма все же была где-то.
– Что, брат, – Кристоф озирался с явным интересом. – Все не так, как представлялось?
Пока выводили лошадей, выносили сундуки и бочки.
Городок оказался на диво аккуратным и если отличался от прочих, в которых Артану случалось бывать, то разве что этою вот аккуратностью. Здесь не пахло ни потрохами, ни сточными водами. Белые дома. Темные крыши. Зелень в кадках. Цветы какие-то… совсем не так должно выглядеть приюту тьмы.
– Все не так, – согласился Артан. – Но это еще ничего не значит!
– Ну-ну, – братец хмыкнул. – Идем, что ли.
Кто именно заждется, Кристоф не уточнил. Братья, окончательно придя в себя, облачались в доспех, прямо тут, на пристани, помогая друг другу. И зрелище сие непривычное привлекло внимание. Люди собирались, поодиночке и парами, тыкали друг друга локтями, показывали пальцами.
Особо любопытные решались подойти поближе.
Носилась вездесущая ребятня, норовя подобраться совсем уж вплотную. Кто-то даже пытался сковырнуть белую краску с доспеха.
– Воевать, что ль, полезут? – донеслось из толпы.
