3
0
— Ну, как же? Папа сказал, ты не хочешь со мной общаться, потому что у тебя любовник…
— Папа сказал тебе такое?..
Поднимаю глаза. Сергей с издевательской ухмылкой притормаживает позади сына. Осматривает наш банкет полным презрения взглядом. Взгляд останавливается на Новикове. Вспыхивает нехорошим блеском.
— Кхм… Даже слов нет… Смотрю, у вас тут уютно? Хорошо без нас?
Андрей меняется в лице. Чувствую, он готов встать на мою защиту и едва удерживает себя на месте за столом усилием воли.
— Мам… — Даня обхватывает ладонями мое лицо. — Помнишь, я хотел сестричку, а она превратилась в ангела? Так вот, на самом деле, с сестричкой все в порядке, мам! Папа меня с ней познакомил. Мы вместе отдыхали в Сочи. Она хорошая, мам! Ты, когда ее увидишь, обязательно ее полюбишь!
Замираю. Ничего себе, как хорошо Сережа обработал ребенка.
— Это ты придумал?! — оставив сына, наступаю на Сергея.
— Что придумал? — кривится муж.
— Что наша с тобой дочь — это твой нагулянный ребенок?! Да как тебе… как в голову такое пришло?!
— Это не папа, мам! Это бабушка мне сказала, — звенит испуганно голос Дани.
Мое бедное сердце в очередной раз раскалывается пополам. Толкаю Сергея в грудь.
— Ах, ты, подонок! Да сколько можно трепать мою погибшую дочь?! Я только начинаю успокаиваться, а ты снова ворошишь! Оставьте с матерью мою дочь в покое!
Сергей молчит. Даня напуган. Берет меня за руку, тянет за собой к калитке.
— Мам, поехали в питомник, заберем моего щенка? И наконец вернемся домой все вместе? Я так устал без тебя там, в Сочи… Чайки такие противные! Они мне спать по утрам там не давали…
Глаза застилают слезы. Мой маленький наивный мальчик! Ты не понимаешь, что папа очень тонко тобой манипулирует?
— Щенка заберем, да, — киваю на автомате. Покрываю поцелуями лицо сына, а по щекам почему-то катятся непрошенные слезы. Такое чувство, что я снова там, в той больничной палате, где погибла моя дочь. — Только вернемся сюда, хорошо?
— Даша, заканчивай этот цирк. — Сергей предупредительно смотрит на меня. Кладет руки на плечи Данила, определяя границы. — Поиграли, и хватит. Мы возвращаемся домой. Ты, я и Даня. Мы семья, Даша.
— Какая вы семья? — внезапно на передний план выходит мой папа. До этого он сохранял молчание. — Ты дочь мою опозорил, ребенка на стороне сделал! В твоем офисе Дашу заживо похоронили, а ты и не заметил! Ворошишь ее раны, вскрываешь их снова и снова! Какая после этого может быть семья?!
— Мой офис и мой ребенок не имеют никакого отношения к делу! — злится мой муж.
— Не имеют?! А почему тогда Даня говорит такое про сестру?
Я отступаю на шаг от Сергея и Данила. Смахиваю слезы с щек. Молчу. Мне больно. Очень.
— Дань, ты должен знать, что мы с папой разводимся. Он меня предал, и я не смогу с этим жить, — произношу твердо.
