Отменяя запреты

Я хочу выйти с дочкой во двор. Можно?

По глазам офицера Лика поняла, что ничего подобного ему не сообщали. Разочарование не успело подобраться к горлу, как офицер ответил:

– Я узнаю и в ближайшее время сообщу.

Вера запрыгала от радости, набрала с собой новых игрушек, собираясь устраивать пикник для зверят на лужайке. А Лика… Запретила себе думать о чем-то другом, кроме дочери.

В этот вечер она так и не дождалась Грега. Вера проснулась среди ночи, испугалась, и Лика поспешила к ней. Прилегла, нашептывая сказку, обнимала родное тельце, вдыхая самый любимый запах на свете, он успокаивал её, и не заметила, как уснула.

Утром на кухне снова обнаружила завтрак на двоих.

– Прорыв! Глобальный…

– Они в пятом секторе!

Они ждали мунитанийцев. Раз был первый прорыв, будут и последующие. Несмотря на то, что жители Мунитании на протяжении тысяч лет вели завоевательные войны, в какой-то момент их развитие остановилось. Не создавались новые технологии, корабли безнадежно устарели. Главы Мунитании делали одну ошибку за другой, не понимая очевидного…

Генерал Георгий Штербас основательно подготовился к внеочередному вторжению.

Его ребята уже заготовили ловушки.

Датчики не засекли большого скопления кораблей, значит, недруг снова пришёл через подземные ходы. Их в Силене обнаружились десятки.

Город прочищали долго. Было объявлено военное положение, обследовался каждый дом. Любой житель, вызывавший подозрение, брался под домашний арест. Прикладывались титанические усилия, чтобы информация не просочилась в массы. Парни справлялись на отлично. Смотрящий подтянул своих людей: с проверенными офицерами работалось лучше.

Грег ставил себе задачу очистить город как можно быстрее.

Загружал себя работой, проводил совещания, сам выезжал на места возможных проломов. Отчитывал подчиненных за малейший промах. Нагнал страху.

И всё лишь для того, чтобы не думать о Лике. О том, что сейчас она находится в его доме.

Одна лишь мысль, мимолетом проносящаяся в голове, и чувство, что грудину разворачивает от снаряда, и ты летишь в пропасть, в бездну, заготовленную лично для тебя.

Твой персональный ад.

Иллюзия, что рядом. Что протяни руку и возьмешь.

Генерал дал себе несколько дней, сознательно изолировавшись от общества Лики.

Ему стоило титанических усилий возвращаться в дом, чувствовать, как запах Лики оседает на его коже, – и не сорваться. Не подняться в спальню, не выдернуть девочку из теплой постели, не поставить на колени и не ворваться в сонную Лику. Такую мягкую, теплую. Не накрутить её волосы себе на кулак, не дернуть назад, полностью подчиняя.

Давая понять, что теперь он в её жизни навсегда.

Дважды Генерал Грег не совершит одну и ту же ошибку.

Что бы Лика не сделала.

Накажет, но не отпустит.

Хватит ему и прошлого.