10
0Отвернулась. Сегодня не было сил противостоять его мужской энергетике.
– Я вряд ли смогу, в чем- либо, составить Вам компанию, Орхан, извините.
– Ля, хаки фады, Маду. Хали нрух нашраб ахва… (араб.– Не говори пустых слов, Маду. Пойдём лучше, выпьем кофе).
Мадлен дернулась, услышав из его уст арабскую речь, при том, именно сирийский диалект. Ошарашенно подняла глаза на Орхана.
– Вы говорите по- арабски? И только сейчас это демонстрируете? – Спросила, искренне недоумевая.
– Ну а ты говоришь на турецком… И еще на нескольких языках, как и я… Как и большинство в нашем окружении… Разве знание иностранного языка для тебя шок?
– Ну вопрос не в этом… Мы давно могли перейти на арабский… И Ваш арабский… Он… сирийский…
– Нам давно следует перейти с тобой на «ты», Маду… Перестань мне «выкать» … Чувствую себя стариком, а рядом с тобой хочется чувствовать восемнадцатилетним…
– Тшшш, успокойся… Я просто предлагаю выпить чашечку крепкого турецкого кофе, ничего более… Нет повода для беспокойств, тем более, судя по всему, домой ты не рвешься, а наоборот, из дома… Знаю замечательное место…
Они сели в знаменитом кафе с видом на Айя- София. Красиво, но очень уж тривиально, по- туристически, избито, предсказуемо. Мадлен хотела было что- то сострить, но даже не стала вступать в полемику. Орхан на ходу поприветствовал официанта, которого, судя по всему, хорошо знал, сказал ему, чтобы тот нес, тот самый кофе «для своих», и хитро подмигнул Мадлен.
– В Стамбуле все не так, как кажется, Маду. Каждое место имеет двойное дно… Как и люди этого города… Никогда не знаешь, какие секреты хранит ближайший поворот… Сейчас ты выпьешь кофе, который, бьюсь об заклад, в Дамаске тебе никогда не подадут, при всем уважении к вашему кулинарному искусству и традициям.
Мадлен промолчала. Напряженность все еще ее не покидала. Она считала секунды до того, чтобы вежливо распрощаться с назойливым компаньоном и быстрее нырнуть в спасительную тишину салона своего автомобиля… Даже перспектива возвращения домой, к Анвару, уже не казалась такой отталкивающей… Сегодня же она, все расскажет ему… Про эти недвусмысленные намеки, навязчивое внимание, может быть, даже преследование, если ее догадки все- таки правильны… На худой конец, скрывать такое было уже не только небезопасно, но и, при определенных раскладах, могло подорвать авторитет самого Анвара… Про неприкрытый интерес Орхана к ней могут узнать другие, и кем тогда будет выглядеть Анвар в глазах турецкого общества, своих деловых партнеров?
Снова посмотрела на Орхана, все это время внимательно ее разглядывающего, словно изучающего под микроскопом… Сейчас, в бликах заходящего солнца, он казался ей намного моложе, чем в день их первого знакомства.
