Одержимые наследники. Дамасский жасмин. Книга третья

Потихоньку успокаивается, выдыхает… А потом воспоминания того, что было, накрывает лавиной ужаса, боли, стыда… Ее мать- убийца… Убийца отца мужчины, которого Маду любила… С которым, хотелось прожить до конца дней… ради которого хотелось, день ото дня, становиться все лучше и лучше… Примет ли он ее теперь после такой правды… Сможет ли она вновь посмотреть в его глаза… Да и вообще, искренна ли его любовь… Анвар спал с Амаль… Он хотел ее в жены… Это она, Мадлен, разрушила их возможное счастье… Такая же, как своя мать… Ничем не лучше… Эгоистичная сука, видящая только свои страдания и признающая только свою правду… Она истинная дочь Мирны… «От осинки не родятся апельсинки»… Еще одна золотая фраза, красной нитью следующая по ее жизни…

Слышит движение. Дверь в палату открывается. На пороге Он… Столько всего в этом взгляде… Столько глубоких, интимных эмоций, которые и не описать словами… Они просто их чувствуют… Оба… Ее сердце сильно сжимается, в животе опять болезненное покалывание. Кажется, вот этот момент, сейчас, в этой чужой палате, все и решит в их жизни… Его руки на этот раз пусты. В них нет букетов жасмина…

Анвар заходит внутрь. Садится рядом. Протягивает руку к ее руке, с катетером на запястье… Шумно выдыхает.

– Ты как?– спрашивает тихо, хрипло.

– Не знаю…–  отвечает честно…– ничего уже не знаю…

Ее глаза влажные. Голос дрожит.

Он опускает взгляд. Тишина между ними нарушается лишь ритмичным попискиванием пульсикометра, на кончике ее указательного пальца.

– Анвар, посмотри на меня… Это правда?– спрашивает напряженно, не желая юлить, не желая пытаться сделать вид, что ничего не было…

– Правда, Мадлен. Все правда…–  поднимает глаза на нее, без утаек и уверток.–  Об отце я сам узнал совсем недавно, Васель рассказал в тот день, когда мы все были у них в гостях, когда он объявил в кругу семьи, что покидает свой пост… Специально рассказал, чтобы купировать болезненность следующего удара врага… Тогда уже было понятно, кто с нами играет в нечестные игры… Кто пытается ворошить старые тайны… А про Амаль… Это в прошлом, Мадлен… Все мы сейчас с теми людьми, кого по- настоящему любим… Мы сделали свой выбор в жизни…

– А почему тогда молчал?–  ее голос срывается. Ей больно. Страшно. Обидно…

– Маду,–  решительно обращается к ней Анвар, заключая лицо в объятия своих рук,–  для меня это ничего не меняет… Я не знал своего отца. Ты, судя по всему, тоже не особо знала мать… Это была их жизнь, их война, их грехи… Мы достаточно за все это заплатили своими детскими травмами..