Одержимые наследники. Дамасский жасмин. Книга третья

Поверь мне… Мое мнение-  он не стал бы делать такую несусветную глупость…

– Согласен, мне тоже представляется, что на такой шаг пошел бы только глупец… Пойми, я пока никого не обвиняю, я так и сказал это твоему отцу… Пусть работают эксперты. Посмотрим…– выдохнул глубоко Васель, на секунду отведя глаза и вроде как переводя дух. Это разговор давался ему непросто…

– Как Амаль?– спросил Фахд, отпивая терпкой густой жидкости с кардамоном. Его глаза невольно сверкнули, а челюсть сжалась. Васель не мог не заметить это изменение в молодом мужчине.

Макдиси непроизвольно посмаковал вкус напитка на языке, поймав сладкое ощущение дежа вю. Такой кофе подавали только дома у Увейдатов. Он помнил это с детства. А еще для него он пах женой. Она тоже любила иногда сама пойти с утра на кухню и сделать кофе для себя и него именно таким, дамасским способом, как сама говорила. Любила небрежно кинуть в густую коричневую ароматную жидкость прямо перед подачей пару цветков жасмина. Занести красивый резной поднос с двумя изящными чашечками к ним в спальню, с легкостью захлопнув дверь ногой и откинув на ходу густые красивые волосы. В такие минуты он невольно любовался ее внутренней простотой и раскрепощенностью. Они пили кофе прямо в постели, весело болтая, а после ее изящные пальчики пахли напитком целый день… Она говорила, что выпить глоток такого кофе по утру-  это как получить поцелуй дамасского солнца… Как же чертовски он скучал по Амаль… До хруста костей захотелось обнять жену… Он словно чувствовал ее присутствие здесь, на этой земле, в этих стенах… И оно опьяняло.

– Амаль молодец. Держится, хотя ей сейчас и непросто,–  твердо ответил Васель, встречая острый взгляд зятя,–  для ее переживаний есть объективные причины, Фаххуд. И я сейчас говорю не только о ситуации со старшим братом. Не буду ходить вокруг да около, сынок. Как мужчина и как человек, знающий традиции арабской культуры, я могу тебя понять, но спросить обязан-  ты берешь себе вторую жену? Ты знаешь, почему я спрашиваю, Фахд. Я знаю свою дочь. Она никогда не примет роли «одной из», пусть и первой… Пусть и любимой… Так же, как ее мать в свое время не смогла принять… А я очень страдал, Фахд, все эти годы страдал, что в свое время неправильно расставил приоритеты и в итоге, по сути, самолично отдал ее другому…

– Такого не произойдет,–  твердо ответил Фахд, сжимая кулаки, –  не скрою, отец бы хотел этого союза. Политические обстоятельства тоже складывались бы в пользу такого брака. Но я человек слова и… сердца, Абу Микаэл… И мое сердце в руках твоей дочери… На небе только одно солнце.