10
0– Я не буду сейчас ничего говорить тебе… Это делу не поможет,– ответила тихо… – И да, я как и Васель, не хотела бы видеть тебя в его жизни… У тебя своя правда, у него своя… Но… Сейчас не время это выяснять… Васель,– обратилась к мужу,– у Мики все- таки подтвердилась амнезия… Он пришел в себя на пару минут. Ничего не помнит… Ни кто он, ни как его зовут, ни в каком он городе… Мне кажется, присутствие Оксаны может помочь… Быстрее восстановиться…. Разреши ей побыть немного рядом с ним… Посмотрим…
Мужчина снова сжал челюсть, подавляя недовольство, но возражать больше не стал… Любая возможность хоть как- то помочь сыну сейчас годилась. Влада умница, он о таком аспекте, как это часто бывает у мужчин, не подумал… Отпустил ситуацию… Перед ним сейчас стояли гораздо более серьезные задачи… Увейдат старший немедленно отправился в Дамаск, с минуты на минуту ожидая звонка, который, конечно же, не заставил себя ждать…
– Ас- саламу алейкум (араб. мир тебе), Васель. Слышал новость про твоего сына. Альхамдулилиллах (араб.– слава Аллаху), его жизни не угрожает опасность.
– Ва алейкум ас- салям (араб.– и тебе мир), Шериф, твоими молитвами. Спасибо, что интересуешься… Наши дети вырастают, становятся взрослыми, со своими жизнями, а мы все равно продолжаем волноваться и переживать за них, словно им до сих пор по пять лет…
– Это точно… За каждого болит сердце, всегда и везде, что бы ни происходило… Не могу не спросить… Сам понимаешь, о чем… Не вижу смысла сейчас вступать в велеречивые кривотолки. Ситуация не та, да и мы с тобой не в том положении…
Васель прекрасно знал, к чему идет этот разговор. Готовился к нему… Но избежать его, как и действий, ставших его причиной, не мог…
– Али задержали на границе в аэропорту Бейрута перед вылетом. В буквальном смысле попросили выйти из уже заведенного самолета. Не простого самолета, самолета королевской авиакомпании Эмиратов. Все знают, это борт Макдиси. Весь гребанный аэропорт потешался над нашей семьей в этот момент… И над моим сыном, Васель… Я точно знаю, что делали это не ливанские спецслужбы или пограничники. Твои люди… То есть люди отца моей невестки допрашивали моего родного сына, словно он преступник или простой мигрант… Разве так у вас в Сирии проявляют гостеприимство и родственные узы?– голос Шерифа был твердым, как камень.
– Тебе, как никому другому, понимать, друг мой, что я не мог поступить иначе. Между нашими сыновьями уже не первый год, мягко говоря, недопонимание… И если объективно существующие подозрения окажутся верными, все зашло слишком далеко…
– Ты обвиняешь моего сына в том, что он пытался убить Микаэла? Напомнить тебе, что мы породнились, Увейдат? Что Али и Микаэл в равной степень скоро, ин шаа ллах (араб.
