10
0Не считай это унижением… Гораздо унизительнее ходить вот по таким уродам, как Али, чтобы обесценивать свой талант о реальность этой жизни…
– Значит, ты признаешь, что у меня есть талант?– спросила она осипшим голосом. Смотрит перед собой на седые буйные волны. Сердце болит нестерпимо.
– Я никогда и не отрицал его наличие, Оксана, – произнес тихо, искренне,– вопрос ведь не в твоем таланте был, а в реальной жизни… К сожалению, в моем мире твоя деятельность не признается уважаемой. Ушли времена великих альмий, да и были ли они? Мы знаем из истории только то, что дошло обрывками… Тебе не ведомо, что творилось в душах этих самых великих танцовщиц… Известно только, что ни одна из них не стала королевой или султаншей…
– О том и речь, Микаэл… Мы снова бежим по кругу… Ты никогда не воспринимал меня равной, достойной… Я вошла в твою жизнь, как нанятая плясунья, которую ты захотел трахнуть, такой для тебя и осталась…
– Ты вошла в мою жизнь как женщина, с первой минуты появления на сцене заставившая сердце замереть. Не марай сейчас мои чувства о свои установки…знаешь, раз уж на то пошло, открою тебе тайну, которую сам узнал только недавно… Моя мать продала свою девственность отцу за интервью… Этот вариант он предложил ей сам… Она родила меня, но до пяти лет я был уверен, что мой отец- другой ее муж. Когда он погиб, отец забрал насильно ее и меня к себе в Сирию. И шантажировал мной, чтобы снова заиметь ее в свою постель.… Ну как тебе? Где ты здесь видишь красивую историю любви с бантиками и птичками? Где здесь мораль? Я к тому, что в жизни все немного сложнее, Оксана… Любовь сложнее, чем простая схема- ты хороший- я плохая, я достойна- ты нет… Но с этим надо как- то жить… Я не смогу заставить каждого встречного мужчину думать о тебе хорошо, хоть ты и самая прекрасная и честная танцовщица на свете. Это закончится тем, что я либо тебя убью, либо кого- то еще…
Оксана слушала его и не замечала, как из глаз бесшумно текут слезы. Он бил в самую цель каждым новым своим словом… Но самое болезненное было впереди…
– У меня есть девушка, которой я собираюсь сделать предложение… И в том, что я хочу на ней жениться, я уверен на все сто процентов… Сейчас, как никогда раньше…
Оксана продолжала молчать, раздирая пустоту своим разбитым в острые осколки взглядом..
Тяжело было понять, сколько они так просидели…
– Отвези меня в отель, Микаэл… Спасибо… за помощь… и… за правду…
Путь до отеля она не помнила. Голова горела, тело трясло в ознобе. Ей еще только предстояло осознать все то, что он говорил…
Не проронили больше ни слова… Оксана украдкой бросала на него взгляды, ловя движения рук, уверенно направляющих автомобиль, знакомую манеру прикуривать сигарету, а курил он, как всегда много.
