10
0И ей плевать… Слишком много она по нему выплакала, слишком сильно страдала, чтобы вот сейчас, держать лицо, храбриться…
А он молчит в ответ… Как тогда… Ничего не меняется в голове у этого странного, жесткого человека с внешностью снежного короля…
– Знаешь ответ, Оксана… Всё ты прекрасно знаешь…– снова закуривает, сверкая вспышкой пороха на кончике сигареты.
И снова повисает тишина, снова тягучая недосказанность между ними, которая склеивает, как каучук.
– Ты смотрел иначе… Совсем…
– А ты все так же красива… Нет, ты даже лучше… У всех дыхание, наверное, спирает, как ты появляешься… У баб от зависти, у мужиков– от похоти… И как он это позволяет?
Раздраженно выдыхает в ответ.
– Он нормальный человек, Микаэл, не пещерный. Не деспот и не тиран… Он дает мне право на самореализацию и гордится мной…
– Да, кстати, стоило бы тебя поздравить… Блестящий успех… Ты добилась своей мечты…
– В твоем голосе все еще сарказм, Микаэл…– усмехается печально в ответ,– ты все так же ко мне жесток и критичен…
– Нет смысла обсуждать это… Ты сделала свой выбор…
– Что верно- то верно…
– Так что с женихом? Ты так и не ответила… Любишь?– он не отрывает своего взгляда от нее, буквально прожигает…
И она отвечает ему так же… С вызовом, настороженно, нахохлившись…
– Я счастлива с ним…-
– Счастлива, говоришь? Это для тебя хэппи энд? А со мной как бы было?– опять сигарета… Боже, сколько же он курит… Гробит себя? Нервничает?
Смотрит на нее долго, прицельно, внимательно.
– Я рад, что ты счастлива, Оксана…
Да, счастлива, счастлива, счастлива,– повторяла про себя она, как мантру, стоя, через десять минут, в женской уборной и подставляя руки под струи ледяной воды, чтобы смыть с себя не утихающую агонию от их встречи…
Девушка закрывает глаза. В очередной раз за вечер, сильно жмурится, чтобы отогнать это наваждение… Чтобы забыть, стереть из памяти… Его глаза, его дыхание… Его так близко… Слышит, как шумно хлопает дверь позади… Не в силах открыть глаза, но уже знает, кто это… Чувствует… Совершенно неподдающаяся объяснению и пониманию, волна радости и торжества, разливается по венам… Он… Это Он… А потом резко вздрагивает от его грубого голоса…
– Ни хера ты не счастлива, Оксана!– выплевывает хрипло ей на русском,– я же вижу… Врешь… Себе врешь… Ему врешь…
Подходит близко… Она поднимает на Микаэла свои светящиеся, каким- то неестественным, изумрудным блеском глаза. Сердце теперь заходится в эйфории, словно получив свою дозу наркотика… Он вернулся… И почему это ее сейчас так радует…
Смотрят друг на друга через отражение в зеркале. Оба дышат тяжело…
– Это тебя не касается, Увейдат,– выплевывает с вызовом… Ей нравится, вот так вести себя, с ним, на равных.
