Кухтеринские бриллианты. Шаманова гарь

С острова Потеряево озеро казалось еще больше. На низкой полоске берега отчетливо виднелись приземистые березовские избушки, казавшиеся издали маленькими, почти игрушечными. Над правлением колхоза краснел лоскуток флага.

— И что мы раньше сюда не сплавали?… Говорил же Антону: «Махнем на остров»! Так разве ж его сговоришь, — бодро высказывался Сергей, подсаливая закипающую в котелке воду. Он разделся до трусов, на облупившейся от летнего загара спине остро выпирали лопатки.

— Расхрабрился, охотник за акулами, — Димка поправил на коленях ружье, которое, как только высадились на остров, не выпускал из рук, и вдруг, показывая на озеро, испуганно закричал: — Смотри!.

. Смотри-и-и!!!

Сергей подпрыгнул словно ужаленный и первым делом посмотрел на лодку — лодка медленно уплывала от берега. Сергей кубарем скатился с обрыва к воде, вскочил в лодку и потянул за привязанную к лодочному сиденью жерличную бечеву. Разрезая воду, бечевка натянулась тугой тетивой, и стало заметно, как сильно ее кто-то тянет.

— К берегу!.. К берегу греби! — закричал Димка.

Сергей бросил бечеву, схватил весло и, стараясь изо всех сил, стал загребать им.

Лодка приткнулась к обрыву. Димка тоже забрался в нее, и мальчишки наперебой потянули из воды жерлицу. Вдруг бечева ослабла, как будто ее обрубили.

— Сорвалось, а может… — досадливо начал Сергей и не успел договорить.

Вода у самого борта лодки вспучилась — почти метровой длины щука, изогнувшись дугой, плеснула широким, как ласт, хвостом и тут же ушла вглубь.

— Ружье! Тащи ружье!.. — схватившись за бечеву, заорал Сергей. — Патроны у костра, в моих штанах, в кармане!

Димка пулей стрельнул на берег. Схватив берданку, он трясущимися руками отыскал патрон, клацнул затвором и одним прыжком слетел с обрыва к лодке.

Сергей осторожно подтягивал бечеву. Щука, видимо, устала и у самой поверхности воды медленно подплывала к лодке. Когда расстояние до нее стало каких-нибудь метра три, Димка прицелился ей в голову и нажал на спусковой крючок. Кучно ударила по воде дробь. Взметнулся белый фонтан, и щука исчезла. Над заводью медленно таял пороховой дым.

Со злостью бросив в лодку перебитую дробью жерличную бечеву, Сергей, как завороженный, растерянно глядел на расходящиеся по воде круги.

— Готова акула!.. Конец акуле!.. — вдруг закричал он, показывая на безжизненно белеющее щучье брюхо.

Димка по-настоящему не успел еще почувствовать радость от удачного выстрела, а Сергей уже барахтался в воде, подтаскивая за жабры добычу к лодке. Отфыркиваясь, он то и дело выкрикивал:

— Молоток, Димк!.. Капитально шарахнул!.. Не ружье у меня, а пушка! Вот чудо-юдо, рыба-кит!.. На таких рыбинах запросто земля удержится… Чем не акула, а?!

Щука и в самом деле походила на акуленка.