Хозяин гиблого места

Может быть, если у тебя будут билеты, ты все-таки найдешь время?

– Здесь два билета, – наконец смог разобрать Войтех. Он поднял на нее взгляд, улыбаясь теперь искренне и вместе с тем немного игриво. – Ты пойдешь со мной?

– Я надеялась, что у тебя не хватит совести позвать кого-то другого. Это же мое обещание, поэтому, конечно, я пойду с тобой.

– Максим не будет против?

– Дворжак, это Питер. Поход в Эрмитаж не считается свиданием.

– А жаль, – он снова перевел взгляд на лист бумаги в своих руках.

Саша удивленно подняла бровь.

– Ты хотел позвать меня на свидание?

– А ты пригласи, узнаешь.

 – Теперь уже и ее улыбка стала игривой, и даже самой себе Саша не могла больше врать: она откровенно флиртовала с Войтехом, что было для нее совсем нетипично.

Войтех нарочито медленно сложил лист бумаги по сгибам, потом убрал его во внутренний карман куртки и, сцепив освободившиеся руки в замок за спиной, неожиданно шагнул к ней ближе, не совсем понимая, что он делает и зачем.

– Тогда как насчет ужина со мной после Эрмитажа? Или ужин после Эрмитажа в Питере считается просто едой, а не свиданием?

– Нет, ужин после Эрмитажа – это уже определенно свидание, – кивнула Саша, продолжая улыбаться.

 – И я с удовольствием с тобой поужинаю.

– Надо же, – тихо протянул Войтех, глядя в ее глаза и пытаясь понять хотя бы, что делает она и зачем, раз уж собственное поведение ему не удавалось проанализировать. – Думал, ты откажешься.

– Значит, ты ошибался, – Саша пожала плечами, словно не видела в своем согласии пойти с ним на свидание ничего необычного и неправильного.

– Тогда можно личную просьбу? – его голос все еще звучал непривычно, он думал, что уже разучился разговаривать с женщинами этим тоном, хотя когда-то довольно активно его использовал.

– Не выпрямляй волосы, когда пойдем в Эрмитаж, – он покосился на ее беспорядочно торчащие кудряшки. – Оставь их так.

– Вот так? – Саша коснулась рукой своих волос. – Тебе что, правда, нравится?

– Конечно, – он кивнул. – Я вообще не понимаю, зачем ты их выпрямляешь.

– Максиму больше нравятся прямые. Он говорит, это придает мне немного серьезности.

Саша никак не ожидала от него подобного нахальства. Это был словно какой-то другой, незнакомый ей Войтех. Никогда раньше она не замечала за ним такого взгляда и такого тона.

Но этот Войтех ей определенно нравился.

Или это просто красное сухое говорило в каждом из них.

– Тогда у меня встречная просьба, – заявила она.

– Внимательно тебя слушаю.

– Можно мне называть тебя Тешей?

Его брови удивленно взметнулись вверх.

– А почему нет? Это очень… мило.

Войтех неожиданно оказался совсем близко, даже сам не заметив, когда сделал еще один шаг. Немного тише, чем до этого, он ответил:

– Даже моя невеста никогда меня так не называла.