Я предполагал, что эксперименты со временем нарушили естественный ход вещей в отдельно взятом пространстве – на этом острове.
– Но теперь вы думаете иначе? – уточнила Лиля.
– Теперь я думаю, что ошибки не было, – уверенно заявил Нев. – Он создал эту ловушку нарочно.
– Чтобы не дать убийце или убийцам покинуть остров, – догадался Войтех. – Похоронить их здесь же.
– Все это прекрасно, но ни мы, ни ребята, – Саша кивнула на совершенно ничего не понимающих Олега, Нину и Данилу, – никого не убивали. Какого черта мы не можем выйти?
– Потому что пацан привел нас в эту ловушку и бросил здесь, – мрачно сказал Ваня.
– Я… не смогу его наколдовать, – неожиданно признался Нев. – Пока я думал, что дело в нестабильной природе места, я надеялся, что у меня есть шанс. Но здесь дело в мощном, предсмертном колдовстве. А это совсем другое дело.
– А вы не усложняете? – с надеждой уточнил Ваня.
– Вы упоминали, что его руки были прикованы к стене? – Нев вопросительно посмотрел на Войтеха.
– Да, – подтвердил тот.
– Не заметили, цепи длинные были? Колдун мог соединить хотя бы кончики пальцев? – Нев сложил руки в уже знакомом остальным молитвенном жесте. Когда Войтех отрицательно покачал головой, он добавил: – Скорее всего, это не давало ему действовать в полную силу.
– Получается, тот, кто приковал его, знал об этом? – удивилась Саша. – Иначе логичнее было бы просто связать колдуна.
– Получается, знал, – кивнул Нев. – Только это не очень похоже на местных. Мне не показалось, чтобы кто-то из них был знаком с магией. Кто-то как будто специально приехал сюда, чтобы остановить эксперименты этого человека.
Лиля вдруг поперхнулась и закашлялась.
– Аккуратнее, – Ваня похлопал ее по спине. – Куда ты так торопишься?
Лиля только благодарно улыбнулась ему и искоса посмотрела на Нева. Она точно знала, кто именно был на этом острове, надпись в первом гроте не оставляла сомнений.
Войтех тоже вспомнил про надпись, поспешно вытащил из кармана смартфон, нашел там нужную фотографию и протянул Неву.
– Вы можете перевести эту надпись? – спросил он. – Мне кажется, что ее оставил не колдун.










