3
0– Никаких проблем! Зови! Только скажи – когда и на сколько человек рассчитывать?
– Господи, Сашка, как же мне повезло в жизни!
– Но должно же было наконец повезти!
– Ты не поняла… Мне повезло с тобой.
Утром я проснулась поздно Глеб крепко спал. Я тихонько вылезла из кровати и побежала в прихожую. Вчера у меня руки так и не дошли до подарков.
Только я дернула «молнию» на сумке, которая, по словам Глеба, целиком предназначалась мне, как зазвонил телефон.
– Простите, это квартира Ордынцевых?
Голос был женский и незнакомый.
– Саша, ты, может быть, меня не помнишь, это Жанна Бойцова.
– Жанна? Помню, конечно. У меня еще нет маразма. Привет, как дела?
С Жанной мы когда-то учились в ГИТИСе.
– Ох, в двух словах не скажешь. Слушай, Саша, я сейчас работаю на канале «Культура»…
– Понятно, тебе нужен Глеб! Но он спит, вернулся под утро, жалко его будить. Может, я ему передам?
– Саша, ради бога, это срочно! Разбуди его, ради всего святого, Христом Богом прошу!
Ишь как засуетились… Я разбудила Глеба. Он, чертыхаясь, схватил трубку, а я вернулась к сумке с подарками. Чего там только не было – и платья, и кофточки, и белье. Но все это было какое-то не мое, что ли… Вещи были выдержаны в общем в одном стиле, но почти все желтые – цвет, который я просто терпеть не могу, он меня убивает. Что, Глеб с ума сошел? Я не могу это носить, а ведь вещи явно дорогие… Я чуть не расплакалась. И только одна вещь обрадовала – черное платье из мягкого шелка. А лифчики, несмотря на красоту, оказались неудобные, на косточках, что я просто ненавижу.
– Санька, почему у тебя такое лицо? – испугался Глеб.
– Да нет, все нормально, спасибо.
– Глеб, почему столько желтого, мне же желтый никогда не шел… – робко проговорила я.
– Санька, ты ничего не понимаешь, в этом сезоне в Италии желтый – самый актуальный цвет, так мне объяснила Лаура…
– Художник по костюмам, она помогала мне с подарками. Ты примерь, примерь, все эти разговоры, «к лицу – не к лицу» – ерунда. Надо просто изменить немного макияж…
Я покорно накинула желтый плащ. Сшит он был изумительно, но носить его я не могла. Такой плащ подошел бы жгучей брюнетке…
– Потрясающе элегантно, Сашка! Хотя, если честно, пожалуй, это и вправду не твой цвет… – От расстройства Глеб чуть не плакал. – Санька, а может, его покрасить, а?
– Выкрасить и выбросить. Ничего, Глебка, я надену к лицу черный или лучше темно-синий шарф и сойдет. – Мне стало его жалко. И элегантный плащ тоже. Я полезла в шкаф и вытащила большой темно-синий шелковый платок, купленный когда-то в Турции. Накинула его, завязала легким узлом – и действительно, картина была уже не столь плачевной.
– Сашка, блеск! – расцвел Глеб.
