1
0Простите меня за мое многословие, знаете, это как в поезде – встречаются незнакомые люди и выбалтывают друг другу всю подноготную, зная, что больше никогда не встретятся. Послушайте, я вспомнил! Я точно вспомнил, где я вас видел!
– В «Огоньке»! На обложке «Огонька»! Там ваш портрет! Совершенно точно!
– Значит, все-таки он появился! – воскликнула я.
– Да, я купил этот номер в Шереметьеве. А вы не знали?
– Нет. То есть мне обещали, что будет портрет в журнале, но я не верила…
– Знаете, у меня есть этот номер, я вам его отдам.
Ну подумать только, какая встреча. А я еще удивлялся, где это Асламазян нашел такое лицо. Но как же вам никто не сообщил?
– Некому. Впрочем, скоро приедет моя подруга, она, вероятно, привезет журнал.
– Нет-нет, зачем же ждать, вам наверняка любопытно взглянуть! Давайте завтра встретимся здесь же, и я вам его вручу.
– Правда? Спасибо большое. Но вас это не затруднит?
– Нет-нет, что вы, мне будет только приятно. В котором часу вам удобно?
– Может быть, часов в пять?
– Отлично, договорились. В пять часов я вас жду с «Огоньком» в руках. В моей юности в шпионских фильмах так назначали встречи.
Он улыбался. Улыбка была милая.
На следующий день, собираясь на встречу в кафе, я сообразила, что мы даже не познакомились, я не знаю его имени-отчества. Ну ничего, узнаю сегодня.
Когда я вошла в кафе, он поднялся из-за столика, а в руках у него и вправду был свернутый в трубку журнал и маленький букетик фиалок.
– Добрый день, мы вчера даже не успели познакомиться. Меня зовут Виктор Сигизмундович, а вас?
– Александра Андреевна. Постойте, вы сказали – Виктор Сигизмундович?
– Да, а что вас так удивляет?
– Ваша фамилия Литман?
– Господи ты боже мой, откуда вы меня знаете? – искренне поразился он.
– Вы хозяин дизайнерской фирмы?
– Совершенно верно. Вы у меня работали? Но я не мог бы забыть такие глаза…
– Нет-нет, я никогда с вами не встречалась, но много о вас слышала.
– От кого, если не секрет?
– От Ульяны Михайловны Тороповой.
– С ума сойти! И что же милая Ульяна Михайловна обо мне говорила? Ругала последними словами?
В его глазах появилось какое-то отрешенное выражение.
– Можно я возьму журнал?
Он словно бы очнулся.
– Ох, простите, бога ради, я вдруг задумался. Конечно, вот возьмите!
Я никогда в жизни не мечтала об известности, никогда не жаждала увидеть свою физиономию на какой-нибудь обложке, боже упаси. Но сейчас я, как говорила соседка Лика, проперлась! Теперь уж я точно знаю, что Глеб этот портрет увидит. Кто-нибудь непременно сунет журнал ему под нос. А еще и Алекс увидит. Хотя он, наверное, вообще забыл обо мне…
– Можно мне в силу возраста называть вас просто Сашей? – словно бы издалека донесся до меня голос Виктора Сигизмундовича.
– Что? Ах да, конечно.
