1
0И это мне доставляло безмерное удовольствие.
Как-то ко мне в комнату явилась Дуня:
– Привет, к тебе можно?
– Саш, я хочу тебя спросить…
– Тебя не тошнит от маминых кошмариков? Это ж тихий ужас.
– Ага. Считаю. Я пробовала читать, ничего не понимаю, бредятина какая-то.
– Ну если б это была полная бредятина, как ты выражаешься, это не печатали бы.
– Ха! Мама же бабки издательству платит. Нормальные люди за книги деньги получают, а не платят. И еще, ты вот на нее горбатишься, а книжки потом будут под маминым именем. Мне это не нравится, это нечестно.
– Понимаешь, это, в конце концов, мамино частное дело. Я взялась за эту работу, потому что мне нужны деньги, потому что я толком ничего другого делать не умею, и еще мама предложила мне тут пожить. Меня это устроило, вот и все. К тому же ты можешь мне не верить, но я от этой работы ловлю определенный кайф.
– Ну да, милое дело – лепить из говна конфетку.
– Да ладно, я ж не дура, понимаю.
– И потом, честно скажу, мне нравится твоя мама.
– Она хорошая, только шалопутная.
– Что-что? – ахнула я. – Это кто же тебя научил?
– Это у нас раньше соседка была. Она все меня по головке гладила и говорила: «Ох и шалопутная у тебя мать, ох и шалопутная…» Но я не про то… Ты уж прости, один раз, когда тебя дома не было, я заглянула тут в твои писания… Ты пишешь классно! С маминой жвачкой не сравнить. Я понимаю, ты так деньги зарабатываешь, но почему ты сама-то не пишешь, свое? Ты же можешь!
– Ox, Дуня, у меня так жизнь по-дурацки сложилась, ничего я толком не умею. Даже сама не думала, что могу писать. Честное слово. И потом, еще не факт, что я смогла бы придумать сюжет, а мама твоя сюжеты классно придумывает, чтоб ты знала.
– А что толку, если к этому сюжету не пробиться?
– Вот я ей и помогаю, и она мне за это по-царски платит. Живу у моря в прекрасном доме, с прекрасной компанией, на всем готовом, никто ко мне не пристает, и еще деньги откладываю. Да о таком можно только мечтать.
– А у тебя муж есть?
– В общем, да, то есть сплыла я, но вопрос был только в том, кто сплывет первым. Я успела.
– А фамилия его как?
– Ордынцев. Глеб Ордынцев.
– Я такого не знаю, тут же русского кино нет. Мама, конечно, кассеты привозит, но… Ничего, я в Интернете пошурую!
– Интересно. А ты, значит, тут от него прячешься?
– Я не прячусь, просто мне жить негде. Вот заработаю деньги, куплю квартиру.
– Или замуж выйдешь.
– Нет, замуж я не хочу, хватит с меня.
– Нет, просто надоело.
– Правильно, замуж выходить скучно. Вся эта мутотень с белыми платьями, кольцами, свадьбами… Ни за что не выйду замуж, противно.
– Погоди, вот влюбишься…
– Я уже влюблялась, подумаешь.
– Почему? Раз у меня менструации, значит, у меня уже детородный возраст, выходит, я взрослая.
Я озадаченно смотрела на ее детское пухлое личико.
