3
0Для тебя этот вопрос гораздо актуальнее.
Мы так заболтались, что я чуть не опоздала на свидание. У Ули я быстренько освежила макияж под ее чутким руководством и побежала к метро. Почему-то я волновалась. Но волнение было приятным.
Я встала за палаткой, как на первом свидании с Глебом, чтобы минутку понаблюдать за поклонником со стороны. Ага, вон его «ауди». Он затормозил и сразу вышел из машины. И вдруг страшно мне понравился.
Он был без пиджака, без галстука, в рубашке с коротким рукавом. Он сильно загорел, и от этого Восток еще явственнее проступал в его чертах. В нем чувствуется порода, вдруг подумала я. Но это явно не в мать. Сердце у меня екнуло. А он огляделся вокруг и подошел к цветочной палатке, купил несколько темно-красных роз с белым кружевом гипсофилы. И нервно взглянул на часы. Я собралась с духом и вышла ему навстречу.
– Саша! Наконец-то, идемте скорее, тут нельзя долго стоять.
Он сунул мне букет и открыл дверцу. Когда мы тронулись, он взял мою руку и поднес к губам.
– Чудесные духи. Саша, я дурак. Я заготовил совсем другие слова, а сказал только, что тут нельзя долго стоять. Это от растерянности и от восторга. Вы изумительно выглядите.
– Куда вы меня везете? – полюбопытствовала я.
– Больше всего на свете я хотел бы отвезти вас к себе домой, но я не смею. – Он вопросительно взглянул на меня.
– И правильно делаете.
– Тогда я везу вас ужинать, признаться, я голоден. А вы?
– Не волнуйтесь, в ресторан так в ресторан. В конце концов, аппетит приходит во время еды.
– Умница. Саша, да бросьте вы эти цветы назад.
– Жалко. Красивые очень. Только зря вы их покупали, если мы едем в ресторан.
– Ничего, их там поставят в вазу. Господи, о чем мы говорим?
– А вы предлагаете говорить в машине о жизни и смерти?
Он опять внимательно на меня посмотрел.
– Ой, лучше смотрите на дорогу!
– Не беспокойтесь, я хорошо вожу машину.
Когда мы заказали ужин, он взял обе мои руки и заглянул мне в глаза.
– Как вы тут жили, Саша?
– Бурно, – засмеялась я.
– И в чем это выражалось? – слегка нахмурился он.
– Ну, во-первых, окончательно расплевалась с мужем, во-вторых, нашла работу, а в-третьих…
– Ту, что мне сейчас по силам.
– Литературную. Знаете, существует такой вид деятельности – литературная обработка. Допустим, знаменитость какая-то написала мемуары, но без литобработки их никто читать не сможет.
– И чьи же мемуары вы будете обрабатывать?
– Это коммерческая тайна, – засмеялась я.
– Уже легче. И вам хочется этим заниматься?
– Да, представьте себе.
– Ну что ж, вольному воля, как говорится. А где вы собираетесь жить? Ведь скоро вернется мама.
– Знаю. Но жилье я тоже уже нашла.
Мне не хотелось выкладывать ему все карты, хоть я и понимала, что это глупо.
