Хочу бабу на роликах!

Болит у меня за него сердце…

И все-таки я везучая! Всю жизнь мне везет на хороших людей. Плохих тоже на моем пути немало попадалось, но хороших все-таки больше. А сколько добрых душ было среди на первый взгляд осатаневших теток-челночниц! Никогда не забуду, как в варшавской ночлежке на меня напал в дым пьяный, омерзительный мужик, он уже повалил меня и рвал кофточку, а моя соседка, вроде бы циничная, на все плюющая сучка, огрела его бутылкой, и мы с ней вдвоем улепетывали ночью по незнакомым улицам.

А потом плакали, обнявшись, на каком-то холодном полустанке, потому что в той жалкой дыре оставили свои вещи. Глебу я об этом никогда не рассказывала.

И вот опять мне встретилась добрая, сердечная женщина – Нина Николаевна.

– Вот что, Саша, ты тут отдохни маленько, а я пока за билетом съезжу.

Она ушла. А я развесила свои вещи в шкафу и позвонила Ульяше, чтобы не волновалась.

– Ну слава богу! – закричала она, услыхав мой голос. – Я просто с ума схожу, ко мне с утра примчался твой муженек в страшном гневе! Но гнев, по-моему, был просто хорошо сыгран, на самом деле он здорово растерян и напуган. А я вообще ничего не поняла! Ты где, ненормальная?

– Улечка, я пока тебе не скажу. Только дам номер телефона, хорошо? Но Глебу не говори, ни в коем случае! Номер дам только тебе и бабушке.

– Саша, что случилось, бога ради, скажи!

– Как-нибудь потом. Но я к нему не вернусь.

– У тебя какой-то мужик?

– Нет никакого мужика, просто я начинаю новую жизнь. Запиши номер моего мобильника.

– Опаньки! Сашка, почему ты не приехала ко мне? У меня же есть вторая комната, могла бы там пожить.

– Нет, Уля, спасибо, но – нет! Я все тебе объясню, когда немного очухаюсь и соображу, как быть дальше. А если ты услышишь что насчет работы, позвони мне, я пока в Москве и буду здесь еще месяц.

– А потом? Куда ты потом намылилась?

– Я еще ничего не знаю, мне главное – найти работу.

– Но где же ты ночевать собираешься?

– Я сняла комнату, вернее, квартиру.

– Опаньки! Лихо начала! Ну дай тебе бог! И помни, что у тебя есть я.

– Я это всегда помню, Ульяша.

Через день я проводила Нину Николаевну и вернулась в квартиру, где мне предстояло провести первый месяц самостоятельной жизни. Прежде всего я взялась за уборку, хотя, надо признать, у Нины Николаевны было очень чисто. Но мне надо себя чем-то занять. Для начала я вымыла окна. И так устала, что в десять вечера завалилась спать и проснулась в двенадцатом часу следующего дня. Мне было не очень ясно, что делать дальше. Но не сидеть же целый день в четырех стенах! Я оделась, выпила кофе с бутербродом, навела красоту и решила пойти купить для начала газетку с объявлениями. Вдруг мне снова повезет – и я найду какую-нибудь работу. Я уже собралась уходить, когда раздался звонок в дверь. Я открыла и остолбенела.