4
0Но любовь похожа на розу, в жизни ее окружают одни шипы…
«О Господи, – с тоской подумала Амалия, – что за жуткие мелодрамы числятся в репертуаре их театра?»
– Вы не могли быть вместе? – спросила вслух баронесса Корф.
– Открыто – нет. Понимаете, я замужем…
– И конечно, ваш муж – чудовище. – Амалия смело решила идти по линии мелодрамы до конца.
– Нет, что вы! – вскинулась актриса. – Николай Никифорович – прекрасный человек, добрый, чуткий, любящий, заботливый… Поэтому я и не могла уйти от него.
Ну да, а еще потому, что бывший муж в мгновение ока может превратиться в настоящего врага и, если он антрепренер с весом, устроить так, что Екатерина Александровна и Ободовский останутся без работы. Любовь еще никого не смогла прокормить – кроме той ее разновидности, что практикуется в горизонтальном положении и не имеет к чувствам никакого отношения.
– Иными словами, – подытожила Амалия, – вы и Иннокентий Гаврилович встречались, когда была такая возможность, но тщательно скрывали ваши отношения. Кстати, как вам это удалось?
– Я имею в виду, принято считать, что в актерской среде все тайное быстро становится явным. Так как же вам удалось сохранить в тайне ваш роман?
– А! – Екатерина Александровна порозовела. – Понимаете, в нашей работе нет ничего важнее первой реплики – и последней. Так говорит мой муж. То, что идет между этими репликами, быстро забывается. Так вот, когда все началось, мы с Кешей договорились, что будем делать вид, что терпеть не можем друг друга. Заодно мы всем, кто хотел слушать, жаловались друг на друга, рассказывали, какой он ужасный партнер, какая я невыносимая и так далее. Понимаете, плохому всегда верят с легкостью, и если потом кто-то и начинал что-то подозревать, он думал, что это только ему кажется…
– Это было чрезвычайно умно, – искренне сказала Амалия. – Браво. А что случилось потом?
– Потом? Потом Кеша познакомился с Женечкой Пановой, и она перетянула его в свой театр. Понимаете, мы перестарались, изображая нелюбовь, – с горечью призналась Екатерина Александровна. – Я уже не могла упросить мужа оставить Кешу, потому что иначе это выглядело бы подозрительно, а Панова к тому же предложила ему хорошие деньги…
– Но вы продолжали любить друг друга, несмотря ни на что. Так?
– Да. Если бы не это, мы бы давно расстались.
– Скажите, а что Иннокентий Гаврилович думал о Пановой? – Амалия заметила удивленный взгляд собеседницы и быстро пояснила: – Я полагаю, адвокат обязательно попросит меня прояснить этот момент.
– Что он о ней думал? – вздохнула Екатерина Александровна, поводя плечиком. Она наконец-то вспомнила о шляпке, вытащила шляпную булавку, сняла шляпу и положила ее на стол. Головки искусственных маков и васильков печально поникли. – Кеша был к ней равнодушен.
