Искуситель

Может, он только под это и заточен, вот и исполняет желания так топорно – как всякий пацан, лишь с одним управляться и умеет.

Терпкость и легкая кислинка вина оседают на губах, когда я в очередной раз прикладываюсь к бутылке. Остается надеяться, что отец не заметит, что из его запасов кое-что пропало.

– Чего молчишь? Сказал бы хоть, как тебя на самом деле зовут! – я продолжаю возмущаться, не замечая насмешливой ухмылки на губах демона. Не глядя, как блестят его глаза в полумраке гостиной. – Или для чего ты болтаешься вокруг даже тогда, когда я не загадываю желаний. Раз ты тут для того, чтобы меня ублажать, мог бы вести себя дружелюбнее!

Какая только чушь ни срывается с языка сегодня, ну и что? Плевать. Пусть этот засранец думает, будто у меня крыша поехала, но я просто-напросто устала. Избавиться от него не получилось, Джейн так и ходит под ручку с Дереком, будто их сшили друг с другом, а на занятиях хоть вешайся. Половина курса волком смотрит, как если бы я лично каждому в кофе пару ложек соли вместо сахара подкинула. Разве я не заслужила чуть-чуть любви?

И Мер – он немногим лучше остальных. Издевается надо мной, смеется, дразнит… Знает ведь, насколько привлекательным на самом деле выглядит. Чего ему стоит просто исполнить мое желание? Самое простое и примитивное. Я вовсе не против испытать на себе крепость его хватки, ощутить жар его тела и почувствовать, насколько длинный у него язык. Поцелуи его со вкусом дорогого бурбона и паршивых сигарет, но даже так вспоминать их без дрожи в коленях я не могу.

– Мер, – лениво тянет он, будто об этом я спрашивала.

И тон такой паскудный – не иначе как считает меня полной дурой. Покачиваясь, я поднимаюсь из-за стола.

– Ты должна была запомнить, детка. Слушай, неужели тебе и впрямь нравится это обращение? Я ведь откопал его именно у тебя в голове. Насколько грязными были твои мысли, когда ты вызывала меня, Сильвия?

Так дальше продолжаться не может. Походка у меня неуверенная, я с трудом держу равновесие и стараюсь не завалиться набок, прижимаюсь то к дверному косяку, то к длинному книжному стеллажу, облокачиваюсь на подлокотники трехместного дивана. Не без усилий встаю прямо перед креслом Мера и смотрю на него сверху вниз: удивительно, каким огромным он кажется даже в таком положении.

Длинные темные волосы небрежно спадают на лицо, пирсинг блестит в тусклом свете единственной лампы. Весь его вид выражает превосходство, снисходительность, уверенность в себе. Мер – хищное животное, отдаться которому по какой-то причине хочется сильнее, чем сбежать. Да и сколько раз я пыталась убежать, выбросить его из головы или собственной жизни – ничего не вышло. Мы связаны кровью и контрактом.