Искуситель

Я подскакиваю с места сразу же, едва чувствую вкус похоти – его ни с чем не перепутаешь: слишком сладкий, до противного въедливый, оставляющий пряное послевкусие. Вот и глупый смертный, которого я ждал последние два столетия. Что это будет на этот раз? Секс? Убийство? Предательство? Банальная зависть? Довольно облизываясь, я предвкушаю чудесный отпуск на Земле – на несколько месяцев или даже год, если повезет. Развлечься как следует, вдоволь насытиться эмоциями и утащить душу бедняги в Ад.

Она будет питать меня следующие несколько столетий. О том, что произойдет, когда смертные окончательно забудут о ритуалах призыва, думать не приходится. Это тоже моя работа – подсунуть нужные книги другим смертным, когда представится возможность. Позаботиться о будущем.

– Вы даже не попытаетесь? – вскидываю брови, оборачиваясь к демонам за столом.

Кости все еще гремят по дереву.

– Зачем? От этой дряни одни проблемы, – нехотя качает головой Тан. – Ты один упираешься, а мог бы расслабиться, может, из этого чего и получилось бы.

– Думаешь, Создатель простит вас? – я едва не смеюсь. – Как только устанет наблюдать за вашими потугами страдать – обязательно. Но на этот раз он ударит наверняка, и вы просто передохнете, так и не почувствовав вкуса этой жизни.

– У этой жизни нет вкуса, Мер. Проваливай, там тебя контракт ждет. Честное слово, без тебя в Аду спокойнее, – Тан машет рукой и хмурит брови. – Да чтоб его, опять проиграл. А ведь был уверен, что выиграю.

– Вера не твой конек, Тан.

Ад прогнил, но я не собираюсь гнить вместе с ним. Демон или нет, в Аду, на Земле или на Небесах – я готов биться до конца. И пусть Ад рухнет или обратится прахом прямо у меня на глазах, я останусь верен себе. Демоны созданы, чтобы заключать контракты со смертными. Исполнять их желания. Толкать на грех. Поглощать души. И наслаждаться их удивительными, зачастую такими яркими эмоциями.

Такими, каких в Аду днем с огнем не сыщешь.

Контракт валяется посреди дороги, как могла бы валяться никому не нужная газета в мире смертных. Всего одна страница – ни условий, ни попыток себя обезопасить. Мои губы искривляются в улыбке. Правильно, они все равно не работают. На пропахшем серой и кровью листе плотной бумаги выжжено имя и виднеется еще тлеющая подпись.

– Я принимаю твои условия, Сильвия Хейли, – громко и отчетливо произношу я.

Вглядываюсь в тусклое подобие солнца под высоченными каменными сводами: когда-то яркий сгусток лавы сейчас напоминает тлеющий в камине уголь.

– И готов исполнить твое желание, каким бы оно ни было.

Неважно, кто такая Сильвия Хейли и чего она на самом деле желает. Неважно, кого она хочет перед собой видеть, – я стану именно тем, о ком малышка мечтала всю жизнь. Сделаю именно то, чего она от меня ждет.