0
0Классом повыше цирковой гостиницы. Намного выше. Рядом с кроватью Мэтью. Смотрит куда-то ниже пояса, но беспокойства в глазах нет. Сосредоточился и не более.
С другой стороны моего ложа пристроился… м-да, сперва я решил, что мэтр Игнациус не смог оставаться в стороне и тоже примчался, в очередной раз спасать мое недокоролевское величество. Но, присмотревшись, понял, что это другой маг. Видимо, все чародеи после определенного возраста принимают обличие седобородых старцев. Вроде защитного костюма. Чтобы особи противоположного пола с разными глупостями не приставали. Ну, а чего? Самая изысканная сладость поперек горла встанет, если вкусить ее несколько тысяч раз. А если возраст чародея намного превышает среднестатистический? Это ж какую оскомину можно набить?
Вполне логично. Если б не одно «но». Почему волшебницы стараются казаться юными и прекрасными? М-да… Нет, умом женщин не понять. Даже пытаться не стоит. Тем более, обладающих магией. Ну не любят же они секс больше мужчин, в самом-то деле? Или все дело в том, что очарование — их излюбленное оружие? А уж отточенное веками опыта… Жуть.
Углубиться в размышления не давала какая-то заноза. Что-то было не так… И тут я сообразил.
— Как вы меня назвали?
— Тоже мне секрет Магрибского двора, — фыркнул мэтр Клэопетрус. — Сами, небось, себе инкогнито придумали? Никогда не поверю, что Игнациус мог быть столь небрежен.
— Отчего же? — я хоть и с некоторым усилием, но сел. Голова больше не кружилась. Ноги не болели. — Разве умный человек не прячет лист на дереве, а дерево в лесу?
— Так то ж лист, — махнул рукой маг. — А ваше высочество все равно что Новогодняя елка, усеянная огнями и хлопушками. На вас столько магических слоев, что от одного лишь перечисления язык устанет.
