7
0– У-ру-ру, – запрыгнув на подоконник, проурчал Малыш и, точно пес, замотав телом, обдал меня кучей брызг, слетевших с его мокрой шерсти.
– Ты не енот, – фыркнула на это я. – Ты натуральный свин!
Зверек на это натурально усмехнулся, хотя не знаю, способны ли вообще еноты на это, или лишь мне достался столь редкий… паразит! Но при этом такой милый…
Сама не заметила, как начала почесывать его меж ушей. Это занятие оказалось столь медитативным, что почти ввело нас с Малышом в какое-то подобие транса. Потому-то звук открывшейся двери заставил вздрогнуть и резко обернуться.
Моя рука застыла на макушке Малыша. Еще бы! Не каждый день видишь дракошество, облаченное лишь в белоснежное полотенце, небрежно обернутое вокруг бедер. Волосы Ричарда, еще влажные после душа и более темные, чем обычно, слегка прилипали ко лбу.
Сглотнула, не в силах отвести взгляд от мужского тела. Четко очерченный рельеф мышц под гладкой кожей, по которой скатывались капли воды, падавшие с волос. Широкие плечи. Пресловутые кубики пресса, которые просто обязан описать каждый автор в романе (и плевать, что я уже не в нем! Привычка думать, что я угодила в книгу в мгновение ока, не исчезла!).
Взгляд опустился чуть ниже талии дракона, чтобы упереться в белоснежный покров и… Осознав, куда я пялюсь, приказала себе: «Взгляд выше!». Как я в этот момент понимала мужчин, которые лихорадочно гребли кролем, пытаясь не утонуть в женском декольте.
Чтобы не выдать себя, сосредоточилась на лице Ричарда. Высокие скулы, прямой нос и губы, вкус которых я помнила так хорошо… Их хотелось еще. И всего Ричарда тоже хотелось.
Вот гадство! И на лицо смотреть тоже оказалось небезопасно! И…
– Одри, еще один твой взгляд – и я за себя не ручаюсь… – хрипло выдохнул Ричард.
Ха! Кто бы говорил. Дракон сам на меня смотрел в этот момент так, что я готова была воспламениться.
Мой судорожный вздох. Его стремительные шаги навстречу. Сильные руки, что подхватили меня, усадив на подоконник. Почувствовала спиной стекло. А ногами, – как их раздвигает мужское колено…
Руки, губы, шепот, касания… Бешено бьющаяся на виске жилка и горящие серебром глаза Ричарда.
Это было какое-то сумасшествие и…
Громкий, четкий звук ударов в дверь. Он показался мне громом. Тараном, что долбит в ворота осажденной крепости. И тут же следом прозвучало:
– Ее величество, императрица Ривелия Вторая Луноликая, желает говорить со своим сыном! – раздался голос то ли слуги, то ли стража из коридора. – Ваше высочество, просим впустить в ваши покои…
– Твою мать?! – выдохнула я очевидное. Получился сразу и вопрос, и ругательство.
А все потому, что мысли в голове вдруг заметались испуганным мышиным выводком, а над ними коршуном парила паника-паника-паника.
