7
0И если с магистром Рипли у меня пока не складывается, то буду искать подход к остальным. Например, к Дроузу…
На это принц тонко усмехнулся, ничего не сказав. Но этого было и не нужно. Потому что случившееся молчание было одним из тех, в которых так уместны паузы. И, прислушиваясь к ним, мы с Ричардом словно узнавали друг о друге все больше и больше. И наше безмолвие, одно на двоих, было таким искренним, объединяющим, проникновенным, что я даже не заметила, как наши пальцы переплелись, моя голова склонилась на мужское плечо, а глаза начали медленно закрываться.
Когда же я распахнула их, то оказалось, что экипаж уже подъехал к одному из черных входов дворца, внутри которого нас встретила послеполуденная тишина, нарушаемая лишь эхом моих и Ричарда шагов. Те были особенно отчетливо слышны из-за мрамора. Его разноцветная узорчатая мозаика создавала эффект движения. А может – и не только эффект…
Яркие солнечные лучи, проникавшие сквозь высокие стрельчатые окна, освещали коридоры. Игра света и тени на стенах, украшенных лепниной, позолотой, резным камнем, завораживала. Но больше всего меня поразили фрески, изображавшие сцены из древних легенд. Небесные существа на них танцевали среди облаков, а звезды сверкали так ярко, что казалось, будто они могли сойти со сводчатого потолка и заговорить.
А еще вокруг витал этот неуловимый аромат с нотками сандала, розы, жгучих пряностей и интриг. Он так контрастировал с тем амбре, которое источали мы трое, что я ощущала дикую неловкость. Хорошо, песценот почти не источал. Он просто точил, по ощущениям, сам себя в сумке, пытаясь, кажется, зубами выгрызть из шкуры вонь, отчего торба ходила ходуном.
Дракон бросил понимающий взгляд на мою ношу и протянул руку к ремню.
– Давай понесу, – предложил он.
– Да она не тяжелая, – отказалась я. Идти-то было наверняка всего ничего…
– Женщина! Дай мне побыть благородным не только по происхождению.
– Нет, – фыркнула я, разом ответив и на его «женщина», и на предложение руки, готовой понести тяжесть поклажи (но не брака!).
Вот зря. Путь по дворцу оказался не близким… Наконец, мы достигли покоев его драконистого высочества. Двери распахнулись с легким шорохом, и я вошла внутрь. Комнату заливал приглушенный свет. Ноги сразу же утонули в густом ворсе шелкового ковра.
– Умывальная комната там, – произнес Ричард, указывая на одну из дверей.
Вот только один ушлый песценот решил, что принц сделал это предложение его мохнатости и не преминул тут же оным воспользоваться, стремглав просочившись прямиком из сумки в ванную.
Резная створка качнулась, и почти тут же раздался радостный плеск и уруруканье песценота.
– Кажется, это надолго, – резюмировала я.
