Фикс

Джулис и Саманта посмотрели на мать так, словно не узнали ее.

Элли повернулась к Декеру.

– Я не знаю эту женщину. И не знаю, что Уолт хранил в банковской ячейке.

На взгляд Амоса, по сравнению со вчерашним днем поведение Элли кардинально изменилось. Быть может, свою роль сыграл вид незнакомой женщины, сопровождающей ее мужа в банковское хранилище к ячейке, содержимое которой было ей неизвестно. Теперь Элли казалась смирившейся со своей судьбой, сбитой с толку и растерянной. Быть может, она считала, что ее предали.

– Эта женщина не может работать вместе с вашим мужем? – спросил Декер. – Она не напоминает вам никого из тех, кого вы могли видеть у него в офисе? – Он обвел взглядом всех женщин семейства Дабни.

– Я ее не узнала, – ответила за всех Джулис. – Впрочем, я плохо знаю тех, кто там работает.

Саманта и Аманда лишь покачали головой.

Декер вопросительно посмотрел на Элли. Откашлявшись, та заговорила, медленно, запинаясь, как говорит человек, отходящий от воздействия сильного снотворного.

– Я лишь изредка по праздникам виделась кое с кем из коллег Уолта. У него в офисе я почти не бывала. И уж точно ни разу за последние пять лет. – Помолчав, женщина добавила с тоской в голосе: – Я… наверное, я полностью потеряла связь с этой стороной его жизни. – Она обвела взглядом роскошную обстановку дома.

Декер прочитал мелькнувшую у нее в голове мысль: «Я лишь наслаждалась плодами его труда».

– А может, женщина с видео – это Анна Беркшир? – предположила Саманта.

– Даже близко не похожа, – покачал головой Декер.

– Значит, от этого видео нет никакого толку, – сказала Джулис. – И вы снова вернулись на первую клетку.

– Нет, толк есть, – возразил Амос.

– И какой же? – спросила Джулис.

– Это показывает нам возможную причину того, почему ваш отец сделал то, что сделал.

– Но вы даже не знаете, связано ли то, что показано на видео, со стрельбой! – воскликнула Джулис.

Он нажал несколько кнопок на портативном компьютере, который сотрудники ФБР использовали для показа видео, и, промотав запись вперед, остановился на том месте, где Уолтер Дабни посмотрел прямо в объектив камеры.

Элли отвернулась, похоже, не в силах видеть, как ее покойный муж смотрит ей в лицо.

– Хорошо, почему это так важно? – спросила Джулис.

– Потому что я присутствовал при том, как ваш отец убил Беркшир. И когда я приказал ему бросить пистолет, он обернулся и посмотрел на меня. – Декер указал на экран. – И у него было в точности такое же выражение лица.

– И что означает это выражение? – едва слышно прошептала Элли.

– Не хочу быть излишне драматичным, – ответил Декер, – но оно показывает, что этот человек смирился со своей судьбой.

– Она была очень добрая. Тихая, но все ее уважали. И она была замечательным педагогом.