Друзья или любовники? (СИ)

У него почти сразу появилась Лиля. Затем умер дядя Вася, а Яр женился и уехал. Через некоторое время и я вышла замуж…

Да, я не помню, чтобы когда-либо думала о Корнееве в сексуальном ключе. Разумеется, я видела, что он привлекательный парень, он мне и самой нравился. Но так нравятся парни с картинок — красивая, но картинка же! Я как-то привыкла, что он в любом случае не мой, точнее, мой друг.

И тут Яр выдал такое. Да он просто сломал мне мозг!

То есть все те дни, когда я тихо-мирно кормила его ужином на кухне, он представлял меня без одежды? Точнее, не только без одежды, но и в процессе, так сказать.

Если бы мне об этом сообщил кто-то другой, не Яр, я бы ни за что не поверила. И по голове бы дала ещё, чтобы глупостей не выдумывал. Но откровенничал сам Корнеев, поэтому претензии я могла предъявлять только ему. Однако я предпочитала молчать — слишком смущалась, стоило завести эту тему даже в шутку.

После ужина я предложила Яру погулять — тем более что на улице слегка похолодало. Надеялась, что прохладная погода остудит не только меня, но и его. Он согласился, и мы пошли на улицу. Правда, прогноз, как выяснилось, оба посмотрели плохо, и в итоге не успели мы войти в парк и быстрым шагом отправиться вглубь, как буквально за пару минут собралась большая тёмная туча и на землю хлынул сильнейший дождь.

Пришлось бежать до ближайшей беседки. Но такие умные мы были не одни — народу туда уже набилось как селёдок в бочку. Мы с Яром еле-еле пролезли внутрь, смеясь, и забились в дальний угол.

Скамеек здесь не было — грубо говоря, это была просто деревянная крыша, под которой можно было переждать дождь. Когда-то имелись и скамейки, но их сломали — с тех пор беседка стояла так. Периодически её оккупировали желающие сделать шашлык, приносили сюда свои столы и стулья и превращали беседку в веранду.

Я встала возле перил, прижавшись спиной к поверхности дерева, Яр занял место передо мной. Поначалу он ещё стоял не слишком близко, но потом в беседку заскочили несколько хохочущих подростков, толкнули женщину, что стояла за Корнеевым, и та налетела на него, а он — на меня.

Я поддержала его за талию, чтобы не упал, стараясь не слишком перевешиваться корпусом наружу — всё-таки с крыши нехило лило. И если бы всё это случилось ещё вчера, я бы и не обратила внимания ни на что, но после недавнего монолога Яра не посмотреть ему в лицо, когда он прижался ко мне, положив руки на перила, чтобы удерживаться хоть на небольшом расстоянии, я не смогла.

И сглотнула, заметив выражение его глаз.

Корнеев и раньше, бывало, пялился на меня, особенно на грудь, — но не настолько откровенно. Сдерживался, чтобы я не заметила, да и сам смущался своей реакции.