Академия сумрачных странников. Кошмары на выгуле

Так, надо мне валить отсюда скорее. Боюсь, мои глаза сейчас слишком легко могли выдать фанатичный блеск. Но ничего не могла с собой поделать: мысль о неизведанных уровнях сновидений взволновала меня похлеще какого-нибудь долгожданного подарка под елкой на Новый Год еще в детстве. Я себя сейчас чувствовала так, будто мне показали обертку от огромной подарочной коробки, заготовленной для меня, и я точно знала, что под елочкой будет ожидать еще парочка других аналогичных подарков с неизведанным интересным содержимым. Наверное, в последний раз я испытывала такое ликующее предвкушение лет в пять.

В общем, я не собиралась распространяться о нашей с Рэйесом стычке на пятом уровне сновидений, не хотела выглядеть подозрительно заинтересованной. Поэтому отделалась парой сухих фраз, заверила, что в течение часа приступлю к своим непосредственным обязанностям по работе с адептами, взяла со стола ректора подготовленную для меня папку с рабочими документами и поторопилась покинуть кабинет.

Рэйес тоже вышел вслед за мной, напоследок получив от ректора рекомендации по плану обучения на сегодня. Я не вникала особо, так как внутренне продолжала кипеть от злости.

– За «красотку» ты у меня еще получишь, – процедила сквозь зубы, когда мы с Рэйесом завернули за угол. – Больше не обращайся так ко мне. Ни ментально, ни при коллегах.

– Тебе не нравятся комплименты о твоей внешности? – вскинул он брови. – Я ведь просто правду говорил – а ты же в самом деле красотка! И, насколько помню, это, вроде бы, комплимент в этом мире. Но если тебя нервируют комплименты, могу называть тебя моим дневным кошмаром. Так тебе будет спокойнее и приятнее?

Вместо ответа я тихо зарычала, схватила Рэйеса за воротник рубашки и прижала его одной рукой к стене, удерживая на месте.

– Слушай, ты, – прошипела ему чуть ли не в самое лицо. – Обращайся ко мне уважительно, соблюдай субординацию, держись на расстоянии от меня и придержи при себе все эти неуместные шуточки, я их очень не люблю.

– Вай-вай, какая экспрессия, боюсь-боюсь! – с наигранным страхом произнёс Рэйес, еще и ладони к щекам прижал и губки округлил, скорчив забавную физиономию.

И улыбочка-то такая ехидная.

– Я заметил, что ты вообще не улыбаешься, – неожиданно добавил Рэйес.

– А я обязана всё время лучиться счастьем и радостью, по твоему мнению? – фыркнула я.

– Конечно, нет. Но я на тебе вижу печать боли и горечи. Такие эмоции на пустом месте не появляются.

Ишь, печать он видит. Тоже мне, нашелся провидец.

– Так почему ты всегда такая серьезная? – продолжил допытывать Рэйес.

– У меня есть на то причины, – сухо ответила я.

– Много будешь знать – во сне состаришься, – хмыкнула я. – Тебя это не касается.