Жираф – гроза пингвинов

– Надя? – воскликнула Терентьева. – Нет, нет, вы ошибаетесь. Она скончалась в местах не столь отдаленных.

– Ваша квартира была рядом, – вступил в беседу Энтин, – наверное, вы дружили с Арниковыми?

– Мы находились в очень хороших отношениях, – подтвердила Арина Борисовна, – я исполняла в них роль… ну… не хочу сказать матери, но тети точно. У меня обширная библиотека, Полина любила в ней рыться.

– Девочка часто к вам заходила? – поинтересовался Миша.

Гостья отвела взгляд.

– Ну… я забирала ее к себе всякий раз, когда Ира и Сережа уезжали на задания.

– Вы имеете в виду, когда Ира уезжала в рейс, а Сергей уходил на смену, как носильщик.

Арина Борисовна рассмеялась.

– Нашли запись о том, что Ирина проводница, а Сережа амбал? О, нет. Они только состояли на учете в отделе кадров железной дороги. В реальности служили в КГБ, работали на благо родины.

– Очень интересно! – воскликнул Костин.

– Наверное, такая служба захватывает человека, – продолжила Арина Борисовна, – командировки у них случались неравномерно. Порой три-четыре-пять в месяц, а иногда их долго никуда не посылали.

Иришенька всегда предупреждала за несколько дней, заходила ко мне, сообщала: «Арина Борисовна, я уезжаю в понедельник в Новосибирск. Присмотрите за Полиночкой?» Я никогда ей не отказывала, девочка была тихая, воспитанная. С раннего возраста правильно пользовалась ножом и вилкой. Это я ее обучила, вообще много хороших манер ребенку привила. О покойных дурно не говорят, но ни Ира, ни Сергей о правильном воспитании малышки не думали. Скажу откровенно: Полина росла как сорная трава. Отец с матерью были заняты только работой. М-да!

Арина Борисовна взяла еще один эклер.

– Не знаю, могу ли я быть абсолютно откровенной…

Я молитвенно сложила ладони.

– Пожалуйста, нам необходима любая информация.

Гостья неожиданно кокетливо стрельнула глазами.

– Ну ладно. Но прошу учесть: я не сплетница. Вам сообщу правду, потому что всегда стою на стороне закона и порядка. И то, почему патронировала Полину, это не моя алчность или неразборчивость в средствах. Жизнь загнала меня в трудные обстоятельства. Придется сообщить вам кое-что не самое приятное о себе… Прошу понять: я могла бы промолчать, однако иду вам навстречу.

Лучше по порядку изложу. Разговор будет длинный, сделайте одолжение, приготовьте еще чаю. Но положите две ложечки в заварник, а не одну и три четверти, как в первый раз. Настаивать чай надо три с половиной минуты, потом помешать деревянной ложечкой, дать постоять еще сорок секунд и разливать по чашкам, непременно используя ситечко.

– У нас есть пустые бумажные пакетики, – обрадовалась я, – заварку можно туда положить.

Терентьева прижала ладонь ко лбу.