Жар сердец

Жак, похоже, испытывал не меньшую боль. – Не плачь, – утешающе произнес он. – Алехандро Мендез умер как герой. Он был очень болен и решил, что умрет раньше, чем его выпустят на свободу. Когда один молодой парень вытащил короткую палочку, твой отец вызвался занять его место. Мне говорили, что перед смертью, он плюнул в лицо своему палачу.

Тереза крепче сжала его плечо, но ее лицо сохранило гордое и благородное выражение. Силвер молча отошла, давая прекрасной мексиканке выплакать горе.

Силвер переживала собственное горе.

После ночи, когда, бежав, они благополучно добрались до лагеря, все заботы о ней взял на себя не Морган, а Жак.

Именно он перевозил их с Терезой палатку и постели. Именно Жак пытался ободрить ее в долгом путешествии, стараясь делать это как можно деликатнее.

– Где Морган? – спросила у него Силвер, понимая, что Траск ее сознательно избегает.

– Ему требуется время, чтобы прийти в себя, – ответил Жак. – Все это было трудным испытанием для вас обоих. – Он уже догадался, что между Морганом и Силвер что–то произошло, хотя и не знал, что именно. Не знала этого и Силвер.

Морган разговаривал с ней лишь мимоходом, в основном интересуясь здоровьем. Внимательно он выслушал Силвер, только когда она рассказывала ему о том, как их захватили солдаты Пауло Каррильо, и о планирующемся нападении на «Саванну». Хотя на его лице еще не зажили ссадины и царапины, не прошла боль в ребрах, Морган не разрешил ей ухаживать за ним. Его отсутствующий взгляд при разговорах с ней ни разу не смягчался, а голос не становился теплее.

Он не упоминал ни о Фернандесе, ни о сцене, свидетелем которой стал в комнате генерала.

– Я очень благодарен тебе за то, что ты для меня сделала. – Это было единственным, что он сказал ей после освобождения. Но и тогда его голос был невыразительным, а глаза смотрели куда–то вдаль.

– Я хотела тебе помочь. То, что произошло в комнате, не было…

– Извини, Силвер, мне надо проверить часовых.

И он ушел. Когда бы она ни пыталась снова поднять этот вопрос, Морган немедленно извинялся и исчезал. Он не был враждебен, не был невежлив, скорее он просто находился мыслями где–то очень далеко.

Трещина в их отношениях разрывала сердце Силвер.

Пять дней пути к берегу показались ей неделями. Было невероятно тяжело идти и идти по негостеприимной земле, почти без отдыха, под палящим солнцем, в духоте, постоянно сгоняя с себя москитов и слепней. Кроме того, приходилось ухаживать за ранеными, разбивать и сворачивать лагерь, готовить пищу.

Невероятно скучая по Моргану, Силвер стала искать общества его брата. Брэндан был сдержан и молчалив, совершенно не походя на легкомысленного любителя приключений, каким его описывал Морган.