Но, в конце-концов и она же и первая во всём призналась. Вот только, изменить уже ничего было нельзя и даже мои попытки как-то повлиять на решение о отчисление, натолкнулись на однозначную профнепригодность по медицинским показателям. Армия на себя ответственность, за официр не умеющих контролировать свою магию, брать не хотела. И это нужно было принять.
Но в итоге, без меня Эллы и Арины в команде оставалось лишь чуть больше половины участниц и кем инструкторша будет затыкать возникшие дыры, мне было неизвестно, да и говоря честно, положительно, от слова — «положить», — не интересно.
Да, гражданина Румпельштильцхена — фух, выговорил наконец, — я посетил. Честно рассказал о случившемся, после чего голову мою проверили на каком-то аппарате. Доктор долго хмурился, разглядывая управляемую модель моей черепушки, но в итоге вынес вердикт, что жить буду и может даже долго. Правда, посоветовал впредь более тщательно выбирать объекты для близкого контакта.
Со всеми этими перипетиями я как-то упустил из виду, что нам грозит неотвратимо приближающийся губернский бал.
Честь, мать её. И чтобы не опозориться перед высочайшим оком, меня спешно начали тренировать бальным танцам, а то еще отдавлю ногу великой княжне.
Осторожно поинтересовавшись относительно возраста княжны и причин её появления, я выяснил, что ей стукнуло двадцать три, и она тоже была выпускницей академии, и тоже, вот сюрприз, как раз моей специальности, отчего я сразу преисполнился подозрительности. Уж не по мою-ли душу? Слишком совпадений много, да и прогремел я на всю Россию, меня сейчас на улице даже собаки узнавать начали.
Но деваться некуда, своё обязательство предоставить мне разнополую партнершу преподавала исполнила и отвертеться не получилось.
Специально под это дело, выдали всякой ерунды типа аксельбантов и галунов, с обязательством непременно на форму нашить. С учетом, что шить я не умел, то подпряг Илану, которая, как оказалось, в армии всему этому научилась.










