Захват Московии

Может, и пронесёт… Надо будет — сами найдут…

— Вот… Ищут… Искать-найти…

— Ну и пусть ищут, а ты не бери… Хрен найдут!

Опять эти заморочки… нет, заворочки — «ищут», «найдут»… как будто специально все главные глаголы так хитро устроены, что в них удобно всё заворачивать… Ищи-лови-бери-возьми-найди-поймай…

Не успел Павел Иванович разлить по новой, как опять истошно зазвонил телефон, и Митюша (до этого задумчиво ковырявший корку хлеба) проворно смазал ручкой по лежащему брюхом вверх телефону. Кнопки пискнули.

— Ай, Митюша, нельзя, чужое. — Максимыч оторвал от телефона его пальцы, а я схватил трубку и, услышав злой голос полковника:

— …слышите… слышите… — поспешно выключил телефон и спрятал его подальше в сумку.

Максимыч спустил малыша с колен:

— Ну, Митюша, беги к бабе, скажи, чтоб она горячего пирожка нам с грибами прислала — чую, что готов.

— Плислать пилоска. — Митюша расплылся в улыбке и, скарабкавшись вниз по ноге, вразвалку отправился из комнаты, а около двери обернулся: — Голяцево пи-лоска? Будет вам оцень-оцень голяций! Да-да! — Он кивнул кудрями и открыл дверь, дав дорогу крикам, смеху, возгласам.

А я вдруг ощутил себя очень далеко отсюда, один на один со своим злосчастием. Один, где-то, в идиотском наряде (как говорит Павел Иванович, в «одёже»)… Я со вздохом ощупал куртку Максимыча. Пахнет потом, табаком, в карманах — всякая шарахура, трухоблядь, крошки, билетушки… Ботинки ощутимо жали, но я специально не снимал их — чтобы растянуть.

А ветераны вернулись к вчерашней передаче, к секретному оружию рейха, которое выдумали в Туле — Павел Иванович называл его «техномагическим», хотя из трёх ракет, что фрицы успели сделать, две неизвестно куда исчезли прямо со старта, а одна вылетела и не вернулась, но в 1947 году вдруг 4-й американский флот около Антарктики был поражен каким-то предметом, который бесшумно метался в воздухе и огнем уничтожал один корабль за другим…

— Вроде наших «Искандеров», значит, — язвительно заметил Максимыч.

 — Я читал, что сейчас, когда с грузинами воевали, из двадцати «Искандеров» десять не туда полетели…

— Да, глупая была война, — оживился Павел Иванович. — Как можно с Грузией воевать? Это же единственный там помощник — и против персов, и против турки… А сейчас что? Потеряли Грузию — потеряем Закавказье, а может, и весь Кавказ, где война триста лет идёт… Говорят, когда наши долбоёбы вошли в Гори, несмотря на приказ, не посмели в памятник Сталину стрелять — ездили вокруг него на танках, а он стоял и прямо им в глаза смотрел… Один танкист говорил по ящику, что не только стоял и смотрел, но и как бы поворачивался вслед за танками… Это ж надо, дожили — Красная армия приказ получает памятник Сталину расстрелять!.

.