5
0Между тем Исидор двумя длинными пальцами захватил кусок картона и показал его узбеку:
— Кто сие написал? Ты?
— Не знай чичас… атин… Ахмет, да…
— И ты стоишь под этим? И тебе не стыдно?
Узбек воздел к нему руки:
— Чито ститно, ва?.. Кароши памидор, кусни, да… Люти пакпают, да…
Фрол очистил место на столе, бросил несколько шариковых дешёвых ручек:
— Слушай, сруль, сюда: сейчас диктант писать будем.
— Чито? Тикитан? — дико открыл глаза узбеки повёл рукой: — Титрать?
— Да. Ошибка — штука.
— Понял, животное? Каждая ошибка — штука! — И радикал, неожиданно, издалека, где стоял, развернулся на одной ноге, а второй ударил узбека в грудь так, что тот полетел на пол вместе со стулом.
От неожиданности я вскрикнул в расплохе и хотел помочь узбеку, но Фрол поймал меня за руку:
— А ты садись, Фредя. Тоже пиши. Чтоб ему было стыдно… Вот, чуркан поганый, человек — немец, и то в сто раз лучше тебя наш великий язык знает и уважает!
— Да, но… Я ещё писал-написал… уже…
— Ничего, ещё напишешь…
Его рука жгла насквозь.
— Сидеть, я сказааал, овощ! Почему по-русски не знаешь? Зачем сюда едешь? Нам мозги здесь засирать?
— Узбцки школ хатил… — забормотал узбек, но радикал ткнул его кулаком в шею:
— Никого не интересует, где и куда ты ходил. Делать, что прикажут, хайлом не щелкать, чебурек!
Но мне что делать? Всерьез они хотят, чтобы я писал диктант?.
— Мне… Что делать? — обратился я к Исидору. — Писать? Я уже написал раньше… Как пить-есть писал…
Тот поправлял хвостик под фуражкой, оглядывая себя в зеркало:
— Напишите, вам же не трудно?.. Кстати, просмотрели баснеписи?
— Да, некоторые прочёл. Очень хорошо. Можно… Но…
— Об этом потом. Сейчас пишите. Возьмите ручку.
Я обескуражился, взял. И рука, и ручка дрожали. Радикал как ребенка придвинул узбека вместе со стулом вплотную к столу:
— Тоже ручкуууу взяяяял, я сказаааал, тухятина!
Фрол выдал мне листовку, повернув её чистой, глянцевой стороной.
— Хватит! Что за звериные вещи? Как писать?.. Каждую минуту… бить… бить… что это, гестапо?..
