Захват Московии

Милиция! Где бумажка? Я порылся в карманах, но ничего не нашёл… Была же такая, с красивыми завитульками и печатями… «Вестка», кажется… Даже слишком много печатей было… Тут, наверно, с бумагами так же, как с водкой — чем больше прибомбонов, тем фальшивее… Да, но который час? Часы тоже в милиции.

Я выглянул в окно. Было светло, люди шли по широким улицам столицы… Как бы мне тоже до милиции дособачиться?.. Нет, сперва до папы, до почты, где «Western Union»…

Но чтобы добраться до почты, нужны деньги. И нужен мобильник, потому что папа должен сказать код. Он один раз мне посылал деньги в Австралию, так сигнал два часа шёл… А мобильник — в милиции.

Чтобы добраться до милиции — нужны деньги, а деньги в банке… А папа, кстати, на работе. Где же ему быть? Или сегодня суббота? Воскресенье?

Может, уже пора в милицию? Но как? Пешком же не пойду, куда бы глаза ни глядели… Вот, пошёл один раз в бюро, до сих пор хожу-похаживаю…

Пиво бы не помешало… Надо у портье спросить, который час, и вообще…

Я позвонил по гостиничному телефону:

— Извините, это стоялец из номера 15… Который сейчас час времени?

— А, это вы… — недобро ответили из трубки.

 — Ну что, пришли в себя?

— Да, пришёл. А что? А когда я не пришёл?

— Ничего не помните?..

— Вас, пьяного в слюни, привёл ночью какой-то вдребезину пьяный старик, вы здесь буянили… куражились, что у вас зубы голубые, что ваш дедушка у Наполеона служил… Мы уже милицию хотели вызвать, но старик увёл вас в номер…

— Это вам лучше знать, что вы там с ним до утра делали…

— Он что, тут… ночевал-ночал? — испугался я, поглядывая на смятую постель.

— Не знаю, меня тут не было… Дежурный всё это рассказал. Двенадцать скоро.

Этого еще не хватало! Буянил, старик… Я на всякий случай осмотрел себя в зеркале — никаких следов… Где номер Самуиловича?

Кое-как разобравшись с проклятыми нулями, гудками, отключками, я сумел позвонить старику.

Никто не взял трубку. В ларьке, наверно.

Я кое-как влез в душ, пытаясь понять, что мне сейчас делать. Пил кислую воду из-под душа — и от воды опять кружилась голова. Тянуло лечь, замереть, исчезнуть…

Если Иван в сказках водку пил, то ясно, почему ему с печи слезать не хотелось… Я бы тоже сейчас заприлёг бы… Интересно, была ли эта водка опыленной или нет?.

. И почему я голый?.. И не надругался ли как-нибудь надо мной старик, пока я спал?.. Он всё страшные вещи рассказывал… кровоядец в ушанке… кадки на балконе… Роза с берёзы… Клементинович… Нет, зачем я ему нужен? Он же просил, чтоб Алка подругу привела… На гея явно не похож.

Алка! Вот кому надо позвонить!

Сейчас бы горячее — чай или кофе — тоже не помешало. Давала же мне Бабаня с собой кипятильник, еще с войны у неё был, такой, как кулак, я не взял… А вот пригодился бы.

На столе открыта папка… А, Исидор оставил.