Секретарша для босса (СИ)

Не придумав ничего умнее, бос кинулся к ногам девушки, собираясь натянуть на босые распаренные ножки свои чёрные носки. Маша сначала испуганно отпрянула, но разглядев в глазах Дмитрия Олеговича такое отчаяние, примирительно улыбнулась и сама подняла одну ножку и поставила ему на колено, чтоб надевать было легче.

Аккуратно и медленно мужчина «обул» сначала один «сапожок» сорок пятого размера, затем другой, оставляя пузырь пяток где-то далеко за щиколоткой. Прошёлся ладонями по одной ступне и голени, затем по другой, расправляя складочки и не смея поднять глаз.

Девушка нервно вздохнула и, чтоб не упасть, зарылась одной рукой ему в волосы. Он обхватил её за коленки и прижался лицом к бёдрам. Скороговоркой зашептал:

- Прости меня, девочка, прости, прости!..

Маша гладила и перебирала шелковистые пряди и больше ни о чём не хотела думать. Разве что, о том, чтоб это мгновение длилось вечно…

- А я твой виски выпил, - прошептал мужчина, поглаживая большим пальцем под коленкой, - тебе тоже надо. Чтоб никакой ангины, поняла?

- М-гу…

- Что, м-гу? – Дмитрий сорвался с места, схватил плед, закутал Машу, как в кокон, усадил на диван и протянул ей стакан, - Давай, девочка! Залпом и до дна!

Маша послушно и разом махнула почти треть стакана крепкого напитка и чуть было не задохнулась.

- Вот пьяница! – с умилением заключил босс, сел рядом, прижал к себе уже сонный кокон и, укачивая девушку, как ребёнка, всё рассказывал и рассказывал, какой он дурак и какая она «маленькая дурочка», вплетая сюда и рассказ о такой горячей Машиной группе поддержки, как Люсьена Антоновна и Елизавета, и о такой холодной змее, которая столько лет водила его за нос, как Агнесса…

ГЛАВА 29.

Уложив крепко уснувшую Машу на мягкий диван, Дмитрий Олегович ещё какое-то время постоял над нею, прислушиваясь к глубокому ровному дыханию и рассматривая длинные ресницы, спутавшиеся волосы и розовые нежные губки девушки…

Одновременно нежность и какая-то юношеская неуверенность, несмелость накатили, накрывая с головой…

«Старый я дурак, - размышлял мужчина, - вцепился в девчонку клещами и нет сил оторваться»…

Он осторожно, но решительно покинул кабинет, мягко прикрыв за собой дверь. Надо было зайти к брату, обсудить кое-какие вопросы. Да и собрание было не за горами. Он отключил звук телефонов и вышел из приёмной."

"В коридоре, переминаясь с ноги на ногу его ждала Агнесса Романовна. На цветущую и недавно такую кричаще-яркую даму было страшно смотреть: уголки ярко-накрашенных губ опустились, делая её похожей на куклу театра Образцова, потухшие глаза, в которых метались ярость и страх, серый цвет лица, который «оживлял» тифозными пятнами искусственный румянец. Даже кудряшки обвисли и раскрутились, превращая причёску в бесформенную паклю.